Я осталась застывшей, не в силах отвести взгляд от экрана, когда пришло следующее сообщение. Оно вспыхнуло, как угроза, пробуждая во мне новую волну страха.
«Ты не знаешь, как мне не хочется во всё это ввязываться, Эбигейл. Ты не оставляешь мне чёртового выбора. Но если ты не будешь слушаться…»
Я почувствовала, как холодная дрожь пробежала по спине, когда прочитала его слова. Они были пронизаны такой зловещей логикой, которая вызывала у меня отвращение. Он говорит, как будто он в праве решать за меня, как будто я — всего лишь фигура в его игре.
«Но, если ты не будешь слушаться…» — эта фраза заставила мою кровь застыть. Что он имеет в виду? Я не могла не задаться вопросом, готов ли он сделать что-то ужасное, чтобы заставить меня подчиниться. У него было множество способов угрожать, и тот факт, что он мог дотянуться до людей вокруг меня, наполнял меня безысходностью.
Эти пальцы, которые он мне подложил, были частью его запугивания. Он смеялся над моими страхами, использовал их как свои оружия. Я не могла понять, как он мог считать, что подобное презрение к человеческой жизни — это защита. Он считал, что, подставляя мне эти ужасные доказательства своих зловещих игр, он спасает меня от чего-то большего, не понимая, что сам становится источником этой угрозы.
«Я знаю, о чем ты думаешь, Эбигейл. Ты считаешь, что я перешёл границы. Эти пальцы почти оказались между твоих ножек, и ты должна благодарить меня за то, что этого не случилось. Я открываю тебе глаза на мир, который ты не знаешь. Этого могло бы и не быть, если бы ты послушала меня».
Его слова были как щепотка яда, заставляя меня задыхаться от страха и ненависти. Он не только манипулировал моими чувствами, но и пробуждал во мне ярость. Как он мог говорить такое? Как мог справляться с теми страхами, которые он сам же и создал?
Я почувствовала, как упрямство и решимость начали перерастать в мой страх. Он не может использовать меня как своего марионетку. Я не буду его жертвой, и я не собираюсь благодарить его за то, что он сделал. Вместо этого я должна была найти способ разорвать его контроль над мной.
Я медленно подошла к окну, сердце колотилось так, словно сейчас выскочит из груди. В тусклом свете я увидела его — того, кто уже не раз рисовал картины страха в моем сознании. Его черные глаза сияли в тени деревьев, как хищные существа, выжидающие свою жертву.
Но то, что я заметила в его руке, заставило меня остановиться. Это действительно была голова, хотя я и не хотела в это верить. Она была лишена жизни, и все вокруг меня как будто затихло, оставив только угнетающий звук моего дыхания. Я не могла поверить, что он спустился до таких ужасов.
Каждый мускул в моем теле напрягся, и я почувствовала, как холодок страха пробежал по спине. Я не могла отвести взгляд от отвратительного зрелища, словно какой-то кошмар ожил прямо передо мной. Мозг работал на пределе, стремясь найти объяснение тому, что я вижу, но вся логика рассыпалась, как песок сквозь пальцы.
Он продолжал смотреть на меня, с ухмылкой, которая не предвещала ничего хорошего. «Это всего лишь начало, Эбигейл», — произнес он тихим и спокойным голосом, будто делая мне одолжение, так как я была очевидцем его «творений». С каждым его словом меня охватывало чувство безысходности: он наслаждается тем, что делает, и это лишь игра для него.
Внутри меня затаилось возмущение, смешанное с ужасом. Я не должна была стоять и позволять ему запугивать меня. В какой-то момент я поняла, что если не буду действовать сейчас, то, возможно, не смогу выбраться из этого ада. Я отшатнулась от окна, крутя в голове план.
Вдруг меня осенило: мне нужна помощь, и я не должна оставаться одна. Я быстро проверила свой телефон — сигнала не было. Это значило, что я должна добраться до места, где могла бы быть в безопасности, и, возможно, сообщить кому-то о том, что происходит.
Я сделала шаг назад, заставляя себя сосредоточиться. Главное сейчас — не показывать слабости. Я обернулась и вернулась в темную комнату, прислушиваясь к звукам снаружи, готовясь к следующему шагу...
Глава 3. Эбигейл
Я отступила к стене, уставившись в тусклый свет, проникающий сквозь занавески моего окна. Мой разум метался между страхом и гневом. Я все еще не знала его имени, этого парня, который стоял снаружи, но его присутствие не покидало меня. Его угрюмое лицо и мрачные слова все еще звучали в моей голове, как зловещий шепот, который не хотел замолкать.