Переулок был темным и узким, и даже воздух здесь будто стал гуще. Я чувствовала, как адреналин бежит по моим венам, подталкивая меня к действию, но в то же время ловкость Кайлера напоминала о том, что я всего лишь пешка в игре. Я понимала — моё выживание зависело от чётких решений.
— Здесь, — сказал он, остановившись перед дверью, затянутой в граффити. Её обрамляло несколько потускневших огней, всё ещё моргающих в ритме городской жизни. Чуть в стороне стоял мужчина в тёмной куртке и с татуировками, придающими ему агрессивный вид. Кайлер кивнул ему, и тот, кажется, уже ждал нас.
Мы вошли внутрь, мои глаза привыкали к тусклому освещению. Это было небольшое помещение с несколькими столами и барной стойкой. Запах табака и чего-то приторного повис в воздухе, и я сразу поняла, что нахожусь не в самом лучшем и добром месте.
Кайлер направился к одному из столиков, где сидел мужчина. Я заметила, как их взгляды встретились, и на мгновение увидела искру в Кайлере, будто бы он был не просто обычным бандитом, а какой-то более вышестоящей шишкой.
— Это она, — произнес Кайлер, указывая на меня, — она может быть полезной.
Я почувствовала, как мрачные глаза мужчины окинули меня с головы до ног, и, хотя он не произнес ни слова, его взгляд говорил о том, что он не доверяет мне. Я сглотнула, стараясь не выказать своего смятения.
— И что она может сделать для нас? — наконец, произнёс мужчина, его голос был хриплым, почти угрожающим.
Кайлер, не теряя уверенности, ответил:
—У неё есть «неприятные» связи, и она может быть ключом к нашей цели.
— Зачем нам связываться с ней? — вопрос прозвучал более настойчиво, — Мы не знаем, кто она такая.
Кайлер, глядя в глаза мужчине, казалось, не собирался отступать.
— Знаем, каждый в этом баре знает кто она такая, риски есть, но без неё у нас не будет возможности приблизиться к Нопкинсу. Она уже вляпалась в это. Это единственный шанс, который у нас есть.
Я стояла, погруженная в смятение, не понимая, о чем они говорят. Нопкинс? Какой-то «связанный» мир, о котором я не имела ни малейшего представления?
Кайлер продолжал говорить с мужчиной, но я в этот момент чувствовала себя, как в тумане. Слова «приблизиться» и «вляпалась» всколыхнули во мне страх. Как именно я оказалась частью этой игры? Я была просто случайной жертвой, попавшей в ловушку? Или за этим стояло не только мое безрассудство в выборе парней на сайте знакомств?
— Нопкинс не терпит слабостей, — продолжал Кайлер, не обращая внимания на мои растерянные взгляды, — Эбигейл знает, что нужно держать рот на замке. Она может быть полезной.
Мужчина скептически хмыкнул, его глаза на мгновение задержались на мне, и в них я увидела сочетание презрения и беспокойства. Его недоверие было очевидным. Я не знала, почему Кайлер так старается убедить этого парня, но понимала одно: в его уверенности проскальзывало нечто большее. Возможно, Кайлер действительно видел во мне ценность, или же ему просто нужно было иметь людей под рукой, готовых рисковать ради него.
— Ты уверен, что она полезна? — спросил мужчина, продолжая меня разглядывать, — Я не вижу в ней ничего, кроме испуганной девчонки.
Будто подчеркивая свои слова, он свёл брови, словно меня не существовало, и это было ужасающе. Я почувствовала, как напряжение в воздухе стало почти осязаемым.
— Не дразни её, — произнёс Кайлер, и его голос стал резко властным. Он явно потерял терпение, — Эбигейл не просто жертва. И ты это знаешь. Мы не будем терять время на обсуждения. Она стала его целью, и именно это делает её полезной.
В его словах звучала угроза. Я поняла, что это было не просто предложение, а осознание того, что в этой ситуации моя жизнь может зависеть от других. Но как можно найти надежду в этих мрачных условиях? Я старалась справиться со своим смятением, чтобы не предоставить им повода еще больше усомниться в моей способности помочь.
— Если она хоть как-то помешает, то ей конец, — произнёс мужчина, и его глаза сузились, рассматривая меня как возможную уязвимость. Его слова замерли в воздухе, вызывая дрожь в моем теле.
— Нет! — резко произнесла я, и мои слова были полны паники и необъяснимого прилива отчаяния. Я не знала, как это произошло, но мой голос звучал решительно, несмотря на охватывающее меня трепетание. В конце концов, я не была готова сдаться, — Я могу помочь, но пешкой в игре и средством достижения цели я не буду.