Как только я достиг открытого поля, моё сердце сжалось. У крыльца виднелся силуэт — Лейсер. Она стояла с нервной уверенностью, скрестив руки на груди, впившись в меня горящим взглядом. Я уже догадывался, что взгляд не сулил ничего хорошего для меня и бессознательной Эбигейл.
— Кайлер, — её голос звенел в воздухе, как натянутая струна, — Где ты был?
Я неохотно отступил на шаг, не успев разработать адекватный ответ. Более того, мне совершенно не хотелось объяснять, почему я снова с этой девчонкой.
— У нас возникли некие…проблемы, — произнес я, стараясь звучать как можно спокойнее и отстранённее.
Она скептически взглянула на Эбигейл. Я мог видеть, как её гнев нарастал, и это ощущение ещё больше придавило меня. Лейсер всегда знала, как меня вывести из равновесия. Но чтобы так посмотреть на кого-то, кто сейчас даже не в сознании, это даже для меня было бы жестоким жестом.
— Проблемы? — её голос стал холоднее, — Пропадать на целый день, таща за собой эту девчонку... Ты серьёзно?
Я стиснул зубы, подавляя ответ. Я мог бы возразить, что, в конце концов, это было не её дело, но вместо этого просто стоял, не в силах сохранить свой холодный фасад. Лейсер всегда была напряжена, но так она никогда не относилась ко мне, и это внешнее давление начинало меня раздражать.
— Я сам решу, где и с кем мне быть, Лейсер, — произнёс я, пытаясь вернуть себе уверенность.
Она закатила глаза, не веря ни одному слову.
— Ты собираешься возиться с ней и дальше? Приготовь ей завтрак…Это была сверхэгоистичная просьба с твоей стороны. Тебе не кажется, что это просто абсурд? Она не заслуживает защита легиона. Ты мог бы сосредоточиться на более важных делах компании.
Каждое её слово, словно снаряд, пробивало стены, которые я выстраивал вокруг себя. Я понимал, что Лейсер говорит правду, но не мог удержаться от мысли, что эта девчонка, которая лежала у меня на руках, не заслуживала такого отношения.
— Лейсер, просто катись к чёрту, — тихо произнёс я, чувствуя, как резкость моего голоса немного стихает под тяжестью её укоров. Мои слова повисли в воздухе, и я заметил, как гнев в её взгляде медленно угасает.
— Вот так ты собираешься решать проблемы? — ответила она, сдерживая эмоции, — Ты совершенно не понимаешь, с чем мы здесь имеем дело.
Я не собирался отвечать на это, но внутри меня разгоралась злость. Эта злость заставила меня почувствовать, что я должен защитить не только себя, но и Эбигейл. Я никогда не чувствовал необходимости кого-то защищать, и это превращало всё в ещё больший хаос.
— Она ходячий труп без защиты, — сказал я, напрягая челюсти, — И я не могу просто оставить её, как будто это её дурацкая судьба.
Лейсер бросила на меня испытующий взгляд, и я догадывался, что она пытается понять, почему я вдруг так привязался к девчонке, полное противоречие моей жизни.
— Ты не должен брать на себя эту ответственность, — её голос был полон обеспокоенности.
— Не должен, — ответил я, начиная уставать от этого спора, — Но я уже сделал это, и тебе пора бы смириться.
Мой взгляд снова упал на Эбигейл. Она всё ещё была в отключке, и это напоминало мне, что снаружи бушует буря, а я слишком долго оставался в своей скорлупе. Я был именно тем, кто не показывал эмоций, но сейчас понимал, что в этом мире нужно больше, чем просто сила или безразличие — нужно попытаться понять её мир.
Пройдя в дом, я положил Эбигейл на кровать, стараясь быть максимально аккуратным, чтобы не причинить ей боли. Она всё ещё оставалась в бессознательном состоянии, и я ощущал гнетущее чувство беспомощности, глядя на её бледное лицо. Внутри меня пробуждалась волна тревоги, которую я старался игнорировать, но она всё равно пронзала меня, как острый нож.
Я посмотрел на её рану, и в этот момент внутри меня что-то обрушилось. Чёрт возьми, там действительно торчал чертов кусок мяса. Я понимал, что бездействовать было нельзя. Ситуация требовала немедленного вмешательства высококвалифицированного специалиста, а мои навыки в противодействии насилию и выживании не включали в себя оказание первой помощи.