Присел на край кровати, натянул носки и ботинки. Затем застелил постель. Он на мгновение замер, поглаживая пальцами одеяла, на которых лежала Сула. Обеспокоенно поджал губы. Он привык просыпаться один. Обычно он и его партнерша сразу договаривались, что после удовлетворения физических нужд их ничто не будет связывать. Но то, что случилось между ним и Сулой несколько часов назад, всё изменило. Он хотел проснуться с ней в объятиях, в своей постели, крепко обнимая её, прежде чем заснуть. И сейчас, проснувшись в одиночестве, Дестин чувствовал, что это не правильно.
Его окатила волна раздражения. Для него это оказалась неизведанная территория, и он сомневался, что это ему понравится. Он не настолько сбрендил, не думал, что влюбился. Черт, он вообще не верил в возможность существования романтической любви. Единственное, что он осознавал, физическое влечение к Суле оказалось сильным как никогда раньше. Тем не менее этой привязанности точно было далеко до чего-то настолько неопределенного, как любовь. Он понимал это и признавал только похоть и страсть.
Эти две эмоции он уже видел и испытывал. Первую пережил ещё будучи подростком с девушкой в их старом районе. Теперь, вспоминая об этом, Дестин понимал, что это была скорее похоть, чем увлечение. В последующие годы он намеренно избегал женщин, желающих постоянных отношений. И прекращал их сразу же, как только упоминалось слово на букву «Л». Вот что ему нравилось в Марии. Она желала его тело, и он отвечал ей взаимностью. Они трахали друг друга, не желая и не ожидая большего. Это была отличная сделка, пока безумная ревность Колберта не сделала из Марии мишень.
Дестин покачал головой и быстро оттолкнул от себя чувство вины. То, что он отмахнулся от предупреждения Кали, всегда будет его преследовать. Если бы он прислушался к ней, то смог бы предотвратить гибель и страдания сотен, если не тысяч, ни в чем не повинных людей. Это бремя он будет нести на себе до конца жизни.
Дестин подошел к открывшейся при его приближении двери. И помрачнел, увидев на пороге Трига с поднятой рукой. Тот не упустил возможности окинуть пытливым взглядом через плечо Дестина полутемные апартаменты.
— Ты чего-то хотел? — спросил Дестин, приподняв бровь.
— Я собрался пойти чего-нибудь перекусить и думал, занят ты по-прежнему или уже нет, — ответил Триг с легкой ухмылкой. — Из-за твоей мрачной физиономии и резкого тона, я так понимаю, что дела с советником Усолеума пошли не очень хорошо. Они известны своей холодностью, хотя тебе вроде удалось разморозить эту ледяную принцессу. Я слышал, что эльпидиосианки известны своей агрессивностью. Аджаска предупреждал, быть осторожнее, они чертовы хищницы.
Дестин покачал головой.
— Мне не нужна нянька, особенно на борту корабля. Если ты будешь занозой в моей заднице в течение следующих нескольких месяцев, предупреждаю, что вероятней всего выкину тебя в утилизатор, — прорычал он, проталкиваясь мимо Трига. — И обсуждение моих отношений с Сулой под запретом. Если ты позволишь себе хоть один унизительный комментарий о ней, я выбью из твоей задницы всё дерьмо, прежде чем выкину в космос.
Триг поджал губы. Дестин не уверен, пытался ли тот сдержаться и не отпустить очередной язвительный комментарий. И просто обрадовался, когда Триг лишь кивнул. Дестин бросил взгляд на дверь рядом с его апартаментами и замер. Он хотел проверить в порядке ли Сула, но отказывался делать это, когда Триг стоял здесь, вмешиваясь своей любопытной задницей в ситуацию, с которой не известно, как справиться.
— Я мог бы узнать для тебя, там ли она, — предложил Триг.
Дестин раздраженно взглянула на Трига и лишь покачал головой.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты не будешь занозой в моей заднице в течение следующих нескольких месяцев? — спросил он с мученическим выражением лица.
— Что такое заноза? — настороженно спросил Триг.
— Слушай, — ответил Дестин. — Пойдем чего-нибудь поедим.
Триг кивнул.
— Если это у тебя на заднице, то звучит не очень, — сказал он, скривившись. — Если поможет, я не вызывался на это сам.
— Ну, пока ты мне не расскажешь, почему Рейзор и Хантер назначили тебя моей нянькой, не жди от меня никакого сотрудничества или сочувствия, — возразил Дестин, заходя в лифт и отворачиваясь к стене.
— Заметано, — пробормотал Триг, следуя за Дестином. — Восьмой уровень.