— Похоже, твой брат очень хочет, чтобы ты меня о чем-то спросила, — заметил Дестин.
Сула подпрыгнула и прижала планшет к груди. Покраснела и уставилась на Дестина с широко распахнутыми испуганными глазами. Её охватила дрожь от его ледяного взгляда. Она неосознанно скользнула взглядом по его влажным волосам, обнаженным плечам, широкой груди и вниз, к полотенцу, низко висящему на бедрах. Он прислонился к дверному косяку и скрестил на груди руки.
— Я… Да, Андрик… — начала оправдываться Сула, потом прикусила губу и опустила взгляд. — Я хотела с тобой поговорить. Просто, когда мы вместе… — Она печально усмехнулась. — Я не могу думать ни о чем другом.
— Думаю, сейчас самое время для подобного разговора, — ответил Дестин, затем выпрямился и подошел к шкафу за чистой одеждой.
Сула наблюдала за его порывистыми движениями.
— Дестин, — прошептала она, положила планшет на столик возле кровати и подошла к нему. Опустила руку на его спину. — Всё не так, как ты думаешь.
Он напрягся от её прикосновения. Мысленно она воспроизвела свой недавний разговор с братом и оценила его с точки зрения Дестина. Если бы она услышала подобное в отношении себя, то заподозрила бы предательство и обман.
Дестин развернулся к ней.
— А что я должен подумать? — спросил он, на его подбородке дернулся мускул, когда она провела рукой по его обнаженной груди, запустив пальцы в темные волоски.
— Мой отец опечален и опустошен предательством Бадрика. На Усолеуме ценят семейные узы, и несмотря на мое желание помучить братьев, я очень люблю их, а они любят меня. То, что сделал Бадрик, не просто немыслимо для моего народа, но и вредит отношениям с Триваторами и Альянсом. Мы зависим от их защиты, — мягко и нерешительно объясняла Сула, глядя ему в глаза. — Мы мирный народ, Дестин. Другие виды знают об этом и могут использовать в своих интересах. Наша сила — логика и тактика, именно это делает нас ценным союзником, но если нас исключат из Альянса, мы просто рухнем под грубой силой наших врагов.
— И ты искренне ожидаешь, будто я поверю, что твой брат настолько отчаялся, что вынуждает тебя соблазнить меня только ради того, чтобы спасти инопланетных женщин, которых он даже не знает, и тем самым сохранить мир с Триваторами? — цинично спросил Дестин.
Сула вздернула подбородок, её взгляд полыхнул решимостью. Она неосознанно потянула его за волоски на груди и, оттолкнув его, отступила на шаг назад. Поджала губы.
— Я принцесса Джерсула Икера, единственная дочь королевского дома Усолеума, избранный посол, представитель Альянса на Земле, Дестин Паркс. Одна из этих женщин отправила сообщение — его перехватил мой старший брат. Он зациклился на её поисках. Её мольба… — На глаза Сулы навернулись слезы, и она сглотнула. — Дестин, пожалуйста, мой отец очень болен, и тяжесть от того, что натворил Бадрик, сильно сказывается на его совести. Он желает найти этих женщин и вернуть их семьям. Это нечто большее, чем позор или гордость. Это вопрос ответственности и чести. Он назначил Бадрика в ваш мир. Он не в силах вернуть всех, кто погиб из-за обмана Бадрика, но может хоть частично исправить причиненное им зло.
У Сулы перехватило дыхание. Она тихо всхлипнула и отдернула от Дестина руки, чтобы смахнуть покатившиеся по щекам слезы. Задыхаясь, она попыталась отвернуться от него. Она была уродливой плаксой. Её лицо всегда опухало, из носа текло, глаза становились практически черными, отчего она напоминала мертвое раздувшееся млекопитающее, выброшенное на берег.
Она начала икать и разрыдалась ещё сильнее, когда Дестин обнял её сильными руками и прижал к груди. Теперь она размажет свою отвратительную слизь по всему его телу. От одной этой мысли она заплакала ещё горше и разозлилась — на себя. Ей хотелось сбежать в ванную, как она привыкла её называть, и закрыться.
— Почему ты мне раньше не сказала? — тихо спросил он, поглаживая её по спине.
— Потому что… потому что… я всё время забываю об этом, когда нахожусь рядом с тобой, — всхлипнула она, расстроившись от столь не характерных для нее эмоций. — Я ненавижу плакать! Я не… Я не… плачу.
— От этого я чувствую себя ещё хуже, — вздохнул Дестин. — Это прозвучало довольно плохо, а я по натуре подозрительный человек.