Рядом остановилась Касси.
— Что случилось, Жозеф?
— Слушайте внимательно, мадонна, — тихо, жестко велел он, — и делайте, как я говорю. Сюда поднимаются четверо, и я знаю, что они задумали недоброе.
Он вытащил из-за пояса пистолет и взвел курок.
— Боже, о чем это вы? Жозеф нетерпеливо отмахнулся:
— Вы знаете, как попасть на виллу, даже если свернете с дороги?
— Кажется, да, но…
— Я задержу их. Вы немедленно покинете эту тропу и начнете спускаться, только осторожнее: хотя склон не слишком крутой, скоро земля окончательно раскиснет. Продирайтесь сквозь деревья и пока не проедете с милю, не возвращайтесь на дорогу. А потом скачите так, словно за вами дьявол гонится. Я попытаюсь вас догнать.
— Жозеф, вы, конечно, ошибаетесь! Я вас не оставлю!
Жозеф громко выругался, и впервые Касси увидела, как лицо его превратилось в беспощадную маску. Его страх передался девушке, и она вздрогнула.
— Уезжайте, поскорее!
Он с силой хлопнул ее кобылу по крупу рукоятью пистолета.
Касси едва успела оглянуться. Жозеф спрятал пистолет под плащ, опасаясь, что промокнет порох, и оглядел местность прищуренными холодными глазами. Касси пришлось повиноваться и начать спуск. Ветви цеплялись за плащ и амазонку, но она ничего не замечала. Внезапность случившегося придавала нереальность происходящему — девушка словно уснула и видела кошмарный сон, от которого могла пробудиться в любую минуту.
Заросли становились все гуще, но арабская кобыла ловко проскальзывала в узкие проходы между деревьями, избегая колючего терновника. Касси пустила ее в галоп, но в ту же секунду кобылка испуганно прижала уши, заслышав громкий выстрел. За ним последовал другой, отдаваясь громким эхом в холмах.
— Жозеф! — прохрипела Касси, оборачиваясь. Но в этот миг снова раздался треск сучьев — по-видимому, лошади вломились в самую гущу. У Касси пересохло в горле, и она вновь пришпорила кобылу. Стук копыт приближался. И неожиданно лошадь вырвалась на открытое пространство. Касси вскрикнула от ужаса: чуть ниже на дороге ее поджидал всадник с лицом, закрытым черной маской. Они перехитрили ее!
Девушка смерила взглядом расстояние между ними, пригнулась к самой холке кобылы, вонзила ей в бока шпоры и поскакала по склону.
Джакомо с удивлением наблюдал за Касси. Но у него было немало опыта в подобных вещах, и теперь он весело ухмыльнулся в предвкушении погони. Наконец-то можно поразвлечься! А эти болваны думали, что поставили его в самое безнадежное место, на всякий случай. Девчонка, конечно, попытается столкнуть его лошадь с дороги!
Мужчина натянул поводья и уперся в стремена, а потом пришпорил своего коня и, когда кобыла Касск в последнюю минуту свернула в сторону, на ходу стащил девушку с седла. Касси слепо отбивалась, и Джакомо, ощутив, как острые ногти вонзились ему в шею, в бешенстве ударил ее кулаком по челюсти. Ослепительные искры вспыхнули перед глазами девушки, и Касси, погрузившись во тьму, бессильно обмякла.
— Хорошая работа, Джакомо, — похвалил Андреа, выезжая на тропу. — Надеюсь, ты ее не убил?
— Нет, но девчонка злющая. Он грубо запустил руки в гриву разметавшихся золотистых волос.
— Но и красавица, по правде сказать. Андреа громко расхохотался:
— Для этого у нас еще будет время, когда доберемся до лачуги Ванноне.
Он стегнул лошадь и сделал знак Джакомо. На обочине дороги осталась лежать промокшая, раздавленная копытами лошадей шляпа девушки.
В нос Касси ударил запах мокрой, пропитанной потом шерсти, и, задохнувшись, она попыталась отстраниться, но мощная рука прижала ее к седлу.
— Потерпи, девушка, — сказал кто-то. — Теперь уже недалеко.
Касси открыла было рот, собираясь возразить, но сильная боль в челюсти не давала вымолвить ни слова. Она обнаружила, что лежит поперек седла, как мешок с мукой, а лицо прижимается к мужскому бедру. Девушка снова попыталась освободиться, но похититель так безжалостно дернул ее за волосы, выдрав целую прядь, что она вскрикнула.
— Попробуй еще пошевелиться! — прорычал незнакомец. Грубая рука ощупала ее ягодицы через толстую ткань плаща. Касси оцепенела и конвульсивно сглотнула, чувствуя, как тошнота подступает к горлу.