– Говорить я и не намеревалась. Мне важен профессиональный ответ на вопрос не склонна ли моя дочь к суициду. Я прочла, что дети иногда сбегают, чтобы покончить с собой. А этого я не переживу. Если есть намек и требуется психиатрическая помощь в стационаре я готова оплатить лечение в полном объеме, – Татьяна замолчала, остальной треп психиатра её не волновал. Период, когда она с придыханием слушала и ловила каждое слово эскулапа от психологии, остался далеко позади, в другой реальности.
Татьяна вначале хотела, установить ей диагноз, причем один из психиатров, проникся и сказал, что диагноза нет, но симптомов из переписки и особенно из желания прокалывать дырки в теле и убегать из дома, можно натаскать, но дальше лечение и закрепленный диагноз, если усугублять, тогда опека. Позволить себе стать опекуном вполне здоровой распущенной дочери, Татьяна не могла и не хотела. По этой причине отказалась внедрять и углублять тему психического заболевания.
– Понимаю, ваши опасения. Отвечу честно. Тем более прием официальный. На меня в полном объеме ляжет ответственность, если просмотрю такую направленность, – заверила взволнованную мать психиатр, но как ни странно именно этот вопрос Татьяны расшатал Антонину Андреевну, категоричность исчезла.
Татьяна отвечать не стала, мысленно улыбнулась, подумав, что Антонина Андреевна сама нуждается в помощи коллеги по цеху психиатрии, ей стоило бы подлечиться от излишней самоуверенности и самовлюбленности. Татьяна вышла из кабинета и направилась в кафе, благо оно находилось за стеклянной перегородкой и дверь врача оставалась в зоне видимости. Заказала десерт и заставила себя не думать. Офисный центр, в котором почему-то открыли кабинет, выглядел презентабельно и где-то даже уютно.
Если отрешиться от происходящего, время летит быстро. Сорок минут пронеслись и Хильда, не сразу отследив местонахождение Татьяны выплыла из кабинета с улыбкой на лице, можно сказать окрыленная. Поискав глазами маму, нашла её в кафе и лицо приобрело страдальческий вид.
– Зайди, – сказала дочь матери и добавила, – купи мне кофе и пирожное.
– Обойдешься, или купи за свои, – отказала Татьяна и направилась в кабинет.
– У вас прекрасная девочка. Целеустремленная, желает учится, заверила что нашла работу и завтра её ждёт собеседование. Ни малейшего намека на желание покончить с собой. Но вы, давите на нее. Дайте ей свободу, неужели так тяжело снять квартиру, я так поняла, вы в средствах не стеснены, пусть попробует пожить самостоятельно, – текст не отличался от пожеланий троих предыдущих психологов.
– А на счет ориентации? Вас, не смутил тот факт, что она в ошейнике, что у нее по десять сережек в каждом ухе, это нормально, отклонений нет? Не настораживает, что она планирует жить с женщиной? И что ей мешает накопить денег и снять квартиру на свои, ее из дома никто не гонит, почему я должна оплатить ее искания на стороне. Вы не спросили есть ли у меня на этот деньги. Вы поверили её словам, насчет финансовой стороны. Вас не смущает, что она отказывается назвать женщину, с которой у нее связь, и озвучить ее возраст? – все же не удержалась Татьяна.
– Детям сейчас предоставлен выбор. Ваше нежелание принять ее ориентацию, спровоцировало первый побег, если вы не пересмотрите свое отношение она сбежит второй раз. Вы мудрее – уступите, – психиатр не знала, что это уже четвертый однотипный совет.
– Спасибо, доктор, я подумаю. И в свете ваших заверений в её желании жить, и отсутствии суицидальных мыслей, приму решение, – ответила Татьяна и дополнила, – попрошу официальное заключение с печатью, и вашей подписью.
Антонина Андреевна, набрала текст справки на компьютере распечатала подписала и вручила лист Татьяне. Татьяна пробежала текст глазами сложила лист вчетверо, спрятала в сумку и вышла не прощаясь.
Хильда кофе и пирожное не купила, повторно настаивать не стала. Опять нырнула в смартфон. Понятно, у нее появился шанс рассказать Арии, как она в очередной раз провела этих придурков родителей, осталось только дожать.
– Ма, я встречусь с Арией, – Хильда поставила в известность Татьяну, в тексте просительные нотки отсутствовали, скорее повелительные.
– Надеюсь, ты договорилась и встречу отменить невозможно, она уже едет в метро и смартфон, естественно, не работает, – не дала согласие и не отказала Татьяна.
– Прикольно, – хмыкнула дочь, с любопытством посмотрела на мать и принялась укутываться шарфом.
Останавливать дочь не имело никакого смысла. Татьяна на минуту испугалась, что Хильда не вернется, но быстро подавила свой страх. Максим дал обещание проследит и вероятнее всего знает адрес. Возможно кто-то из его детективов бродит за ними следом. Татьяна осмотрела помещение кафе, но никого подходящего на роль соглядатая не нашла. Они покинули офисный центр и на секунду замерли, привыкая к холоду. Женщина не ошиблась, насчет слежки, просто она не знала куда смотреть. Следом за Хильдой обгоняя прохожих и глядя в смартфон пошел парень. Он не заходил в офисный центр. Зная выход один и никуда Хильда не денется. А попадаться на глаза Татьяне ему запретили.