– Прекрасно, но секс был? – продолжила допрос Татьяна.
– Да, – еле слышно произнесла Хильда.
– Кто он или она, – не сдалась Татьяна.
– Одноклассник Никита, на дне рождения у Веры в десятом классе. Я даже не поняла, что произошло, больно не было, я не сопротивлялась, – ответила Хильда.
– Надеюсь теперь ты сказала правду, – отметила Татьяна.
– Это правда, и это никак не повлияло на мою ориентацию. Я, наверно, не отвечала за себя. Накрыло желание и как будто ноги отнялись и голос пропал. Все заняло минуты три. Мне иногда кажется ничего не произошло, – рассказала что-то запредельное Хильда бесцветным голосом.
– Понятно. Короче, все мои попытки пояснить, что заниматься ранним сексом, а тем более без любви пролетели мимо. Еще один контрольный выстрел в голову моего материнства, – Татьяна не могла описать глубину своего разочарования и только сейчас отследила, что замерла посредине комнаты, как соленной столб, заставила себя успокоиться и сесть в кресло.
– А что ты хотела от меня? Ты же добивалась нормальности. Как я могла признаться? – повысив голос проговорила Хильда.
– Никак, ты поступила правильно, сохранив мне иллюзию, но меня волнует другой вопрос, зачем ты соврала об изнасиловании? – спокойным тоном выяснила Татьяна.
– Наверно, решила, таким образом объяснить свою ориентацию, – ответила Хильда.
– Попытка сгорела. Других объяснений нет? – уточнила Татьяна.
– Нет, – ответила она матери.
– Я тебе скажу, а ты живи с этим, или забудь. Я пыталась тебя уберечь именно от этого, но не понимаю, как подтолкнула или спровоцировала. Или сейчас все так живут. Ты лишила себя романтической составляющей и зачем-то нырнула в гущу тяжелых эротических фантазий и больных сексуальных отношений. Эти твои многочасовые валяния в кровати. Наверно, находиться на грани оргазма приятно, но это не жизнь. Мне тебя жаль, – Татьяна поднялась, слов больше не нашлось.
– Конечно, так как ты лучше? И не говори мне о любви, – парировала девушка.
– Не буду. И еще я не стану передавать нашу беседу отцу. Захочешь сама, признаешься. Реально тошнит, насчет наркотиков, пожалуй, поверю, хотя…, – дала обещание Татьяна, она реально не имела сил обсуждать эту тему с Владимиром. Понимая, ответить на вопрос – куда она смотрела, очень сложно.
– Спасибо, – еле слышно проговорила Хильда.
До утра они не встречались и не говорили. Хильда поужинала одна. А Татьяна взяла выпускной альбом, нашла фото Хильды, вспомнила даже платье, в котором её дочь ходила в гости к этому мальчику. Долго всматривалась в лицо мальчика Никиты:
«Хильда очень холодная. Умеет скрывать свои чувства. Этого мальчика она спровоцировала, наверно, из любопытства. Все уже произошло. Я так понимаю, чистота помыслов в базовой комплектации к этому пупсику не прилагалась. Всё. Её реально надо отпустить. Пусть идет куда хочет и к кому хочет. Главное, чтобы не возвращалась раз за разом. Но она не уйдет без денег. Она играет в жертву. Эмоционально моя дочь даже стабильнее чем я».
Утром Хильда ушла на собеседование и вернулась поздно ночью, доложила, что работала под присмотром, ее всему обучали, а потом встретилась с Арией.
Глава восемнадцатая. Бариста
Прошло чуть больше недели и Владимир заинтересовался, графиком работы дочери. После неоднозначного намека на его связь и угрозы устроить скандал, он просто перестал с ней общаться.
Теперь Хильда возвращалась позже него, а денег никто не заметил. Понятно, все ресурсы улетали к Арии.
– А ты проверила эту ее работу? – вопрос звучал вполне закономерно.
– Однозначно и проверила, и выяснила, уверена, подсуетила работу ей Ария. Ее уровень, она там гример, парикмахер, маникюрша, что могла найти, то и отыскала. Правда, баристы работают или неделя через неделю, или через день. По этой причине, сомнений, что один день она работает, второй отвисает у Арии у меня нет, но это лучше, чем решать ребус куда её занесло, не хочу даже приближаться, – ответила она на вопрос супруга и спросила, – почему сам не выяснил?
– Не знаю, боюсь, или устал, – растерянно ответил Владимир.
– Я последнее время задумалась, была ведь подсказка, не получалось забеременеть, зачем пошла против природы? Чтобы получить сутулую дурочку, отлизывающую гениталии мерзкой Арии, – озвучила она крамольные мысли, понимая сейчас она провоцирует скандал, но молчать не получалось.
– Надеюсь, ты так не думаешь? В тебе говорит обида на дочь, – уточнил Владимир и ту же оправдал жену. Скандалить не входило в его планы.