– Усни, дорогая. Я сбегаю в ближайший сигаретный киоск куплю нам тур в Исландию. Месяца хватит? – как-то очень серьезно задал он вопрос.
– Две недели будет маловато, месяц в самый раз, только не бери с ментолом, говорят для сердца не очень полезно, – сделала она заказ.
– Ну, и ладно, не волнуйся, я тебя не предам, тебе не придется разносить еще один дом, если что построю цитадель, поговорю с твоим папой генералом он подскажет, – заверил ее мужчина.
– Лучше с мамой, она генерал получше папы, – Татьяна подкорректировала план.
– Отдыхай, – Максим едва овладел собой, боялся выдать свою заинтересованность, чтобы не спугнуть и первым нажал отбой.
Татьяна подумала, почему поддалась на уговоры мужа и перестала общаться с Максимом. Сейчас она не сомневалась, если бы он находился рядом, половина проблем в её жизни просто не появилась бы. Сбросив со счетов, что Максим уже тогда бы начал свою игру.
Размышляя на такую странную тему, она действительно уснула.
Максим тут же принялся изучать маршрут и занялся поисками, где купить тур в Исландию, расписал задания своим работникам на месяц вперед. Маршрут явно непопулярный, да еще в конце зимы. И в пять утра отправил заказ по интернету на оформление поездки.
Как он не старался раньше, чем через три дня ничего не нашлось. Даже в горящих путевках. Вначале весны Исландия туристов не прельщала. А ехать частным образом не хотелось. Во-первых, пришлось бы играться в наполнение банковских счетов, о ее финансовом положении Максим не догадывался, хотя понимал денег, реально, нет. Во-вторых, не хотелось вытрепать восторг какими-то предварительными выяснениями.
Татьяна замерла, душа застыла. В реальности она развела бурную деятельность. Убирала, стирала, сделала перестановку в своей комнате.
Валентина Петровна и Александр Иванович, с ней не заговаривали. Зная свою дочь, они не сомневались, если после стольких лет она приняла решение уйти из семьи, уговорить ее вернуться не получится. Если только она не вернется сама, по одной ей известной причине. Лучше поддержать намеренье, целее будут, исчезнет предмет для скандала.
На третий день к обеду раздался звонок в дверь. Валентина Петровна открыла дверь на пороге замер Максим с улыбкой на лице. Улыбка, конечно, походила на гримасу или злобный оскал, но близкие и родные знали, как выглядит улыбка на лице этого человека с ужасной внешностью.
– Макс, ты к Таньке, она сама не своя, шкафы двигает, короче отгребешь, так что тексты фильтруй, мы с Сашенькой молчим, – вместо слов приветствия выдала хозяйка.
– И вам не хворать, – Максим поприветствовал Валентину Петровну, приобнял ее, и прошел в дом.
В комнате орала музыка, Татьяна под потолком цепляла шторы. Максим не знал, что поделать со своей страстью и желанием. Он зажмурил глаза и представил, что эта женщина в его доме вешает шторы, возится на кухне и ему захотелось закричать от предвкушения и досягаемости.
Наконец, она соскочила со стола и встретилась взглядом с гостем.
– Давно любуешься? – улыбнувшись спросила она.
– Минуты две, – честно ответил он, но прикоснуться не решился.
– А помочь? – спросила она, поправляя растрепавшиеся волосы, – Хоть бы руку подал.
– Я и с первой то дороги волочу едва ли ноги. Вот держи. А не окликнул, боялся испугать, – он протянул ей конверт с логотипом туроператора.
– Это что? Я тебя никуда не посылала. Шамаханскую царицу Володька сам отыскал и не одну, жароптицу Хильда, за хвост приволокла, короче, не знаю, что и делать с этим экзотическим скотным двором, – удивилась Татьяна.
– А сундучок с колечком? – уточнил он, устав удивляться, что она не стала отождествлять его ни с коньком горбунком, ни с Иваном дурачком.
– Максим, ты реально купил тур в Исландию? – удивилась Татьяна, распечатав конверт.
– Да, вот пробегал мимо сигаретного киоска. Прости, только на месяц на полтора не бывает, но сможем остаться, определимся по месту, – отчитался он перед ней.
– Ага, выезд завтра. И в чем прикажешь ехать? – спросила она.
– Уже хорошо. Да, в чем стоишь остальное купим, – внес предложение Максим.
– Тоже вариант, – согласилась Татьяна.
– Оставляю тебя до вечера. Завтра в пять утра, я у тебя или сегодня в полночь, чтобы выехать из одного места. И мне проще и поспишь дольше, на сим откланиваюсь, – очертил план Максим.
– Давай, в полночь, – приняла решение женщина.
– Вот это по-нашему, не люблю реверансы, – опять соврал Максим, его жизнь состояла из комплексов и реверансов. Он с ними сжился даже не замечал, – Тогда пока до вечера.