Вообще жизнь Хильды полностью соответствовала ее мечтаниям. Спала сутками, ничего не делала, отлично питалась и имела возможность издеваться над окружающими. Только вот ей расхотелось так жить.
Глава сорок третья. Диадема и Сицилия
Утром Максим получил информацию, о том, что девушка села в автомобиль с мужчиной и направились в сторону Н…ской области. Он дал команду дальше не следить.
«Значит она жива и здорова, и он не решился вытолкнуть ее на улицу. Что послужило причиной, почему он забрал ее с собой, по сути, мне не интересно, появится в городе буду думать дальше. В любом случае этот мужик не связан с криминалом. Остальное их проблемы. И уж точно нет смысла вытаскивать девочку из этой передряги. Пусть посмотрит на мир под другим углом. Свои не авторитет, а чужие вполне подойдут. Она эпатажная, но ведомая»:
Принял решение Максим, он не сомневался Татьяна его решение одобрит. Именно это позволит ей закрыть гештальт навязанного насилия. Он понимал просьба отправить дочь по рукам, такая подсознательная месть за насилие, учинённое над ней Владимиром, потом неудачными беременностями, потом удачной беременностью, потом насилие по выращиванию и кормлению, и последний акт – это необходимость смириться, что молодая самка решила избавить себя от этой формы насилия. Но такое в мире нормальных людей не обсуждалось. Это относилось к табу. Все что касалось деток, обсуждению не подлежало. Родители должны по определению и понятие прав родивших детей никто не обсуждал. Они эти права просто исчезали, их место занимали обязанности и ответственность. Максим принял решение ничего не говорить Татьяне. Он точно знал – этот увалень не убьет Хильду, а остальное его не волновало. Даже то, каким образом он уговорил ее заняться сексом, как нашел и почему лесбиянка оказалась в постели мужика, и оказалась ли, его не интересовало. Мысленно сложил дело в папку, закрыл в сейф и подумал:
«Понятно Хильда объявится, но это будет другая женщина. А я налажу отношения с Татьяной без отвлекающих моментов. Достаточно того, что я знаю куда делась ее дочка. А остальное нам не надо. Выдерну в любой момент, если понадобиться».
День утонул в работе, и Максим выкинул из головы проблемы, связанные с Хильдой. Ее для него не существовало.
Ближе к вечеру, он отправился в ювелирный магазин забрать диадему, из серебра с горным хрусталем, агатами и топазами. Он хотел порадовать Татьяну, и не решился заказывать золото и дорогие камни, чтобы не испугать и не огорчить. Максим внимательно рассматривал камни в диадеме, представил, как она будет смотреться на Татьяне, её улыбку, её благородный профиль и красивую шею танцовщицы. Он не сомневался напряжение спало, наступает благословенное время передышки. Теперь, главное, не пустить в свою реальность тоску и ненужные мысли.
История с девочкой Татьяны, имевшая шанс развиться в трагедию, или в крайнем случае, в драму, выродилась в водевиль с элементами криминала, и это лучшее что могло случиться с ней в том замесе куда Хильда с таким упорством рвалась.
Он открыл дверь своим ключом, тихо вошел и припрятал подарок в ящик стола.
Затем хлопнул дверью и нарочито громко извинился.
– Привет, не скучала? – поинтересовался он и прошел в комнату.
– Конечно скучала, – ответила Татьяна. Она реально начала задумываться, как организовать свою жизнь чтобы не пойти по уже проторенной дороге. Посещение выставок и театров хорошо, но требовалось что-то другое.
– Танюш, иди, что-то покажу. Прячу уже несколько дней не знаю, как отдать, решил вручить и дело с концом, – пригласил он женщину к себе в кабинет.
Максим выдвинул ящик стола и достал диадему, припрятанную накануне.
– Зачем? – спросила Татьяна, но скрыть восхищение не получилось.
– Я же обещал, подарить тебе корону. Вот сейчас смотрю и понимаю, ты великолепна. Танюша, как хочешь, но к новому году я расстараюсь, во всю дурь. Не сомневался, корона твой головной убор, но, чтобы настолько. Королева, - Максим смотрел на Татьяну с нескрываемым восторгом.
Легко опустился на одно колено, поцеловал руку и произнес:
– Ваше величество.
– Красивая, – оценила подарок Татьяна.
А потом опустилась на колени и прижала голову мужчины к своей груди.
– Знаешь, как я мечтал о таком в детстве, - признался Максим, - а ты ни разу не снизошла.