– Сестры! Возрадуйтесь! Сегодня одна из нас заслужила возвращение в семью! ― Подняв руки, жрица призвала всех к вниманию. ― Таллула привела к нам самородка! Юную человечку, в чьих жилах течет чистая магия! Своим поступком она обелила душу и потому возвращена домой. Остров принял ее!
По толпе прошла волна шепота, а мы с похитительницей стали центром внимания.
– Завтрашний день принесет много хлопот, а за ним придет ночь благая! ― зловеще раскатился голос жрицы над поляной. ― Завтра мы устроим шабаш! Под покровом ночи мы сварим зелье молодости! Кровь самородка полна магии! Напитка хватит на всех!
Лица в толпе засветились хищными оскалами и ликованием. Стало жутко, по-настоящему жутко. Островитянки пожирали меня голодными взглядами. Одни облизывали губы, другие потирали ладони в предвкушении. Славно я свинья, предназначенная на убой. А справа от меня Таллула наслаждалась произведенным эффектом. Виновница собрания сделала шаг вперед, стукнула о доски помоста трезубцем и провозгласила:
– Смерть во имя жизни!
– Смерть во имя жизни! ― ответил ей хор женских голосов. ― Смерть во имя жизни!
Таллула спустилась с помоста. Островитянки стали по очереди подходить к бывшей козе, в одобрении хлопать ее по плечу и обнимать. Девушка в ответ лишь кивала и скромно улыбалась.
Через четверть часа радостная толпа начала расходиться по домам, а жрица принялась распоряжаться последним днем в моей жизни:
– Самородка нужно покормить и спать уложить. Завтра давать только чистую воду! Ирида, помоги Таллуле довести пленницу, чтобы не сбежала.
Девушки кивнули. Таллула снова взялась за зубастое оружие и направила в мою сторону.
– Спускайся и следуй за Иридой, ― велела похитительница.
Меня довели до деревянного шалаша с железным рыболовным крюком под потолком. К нему и привязали мои руки длинной веревкой. Так я могу лечь, могу повернуться с боку на бок, но выйти из шалаша веревка мне не позволит. Ирида подождала, пока Таллула сходит за едой, а после оставила нас. Моя похитительница присела рядом и провела рукой по моим губам, снимая заклятие. Затем сунула мне в руку флягу с водой, а после ― кусок булки. Я не ела целый день и не привередничала. Еда ― это энергия, а энергия мне еще пригодится. Следя за работой моей челюсти, Таллула все же решила объясниться со своей жертвой.
– Рожденные на острове погибают вдали от него, ― начала девушка. ― Я могу пересечь много морей, но всегда должна возвращаться сюда. ― Пока моя похитительница вела монолог, я, не стесняясь, доедала свой скромный ужин. ― Однажды в плаваниях мне повстречался хороший, добрый мужчина, ― На миг взгляд Таллулы потеплел. ― Мы были счастливы, очень счастливы! Но затем на корабле началась эпидемия, тело моего любимого покрыли крупные волдыри, а сознание сильно помутилось. Ему оставалось жить несколько дней, ― ведьма словно исповедовалась, но образу кающейся сильно мешали вилы в руках. ― В отчаянии я привезла его на остров, надеясь отыскать нужные травы и прогнать болезнь. Сестрам нельзя привозить на остров мужчин, так что я спрятала любимого в зарослях и никому о нем не сказала. Но сохранить тайну мне не удалось. Любимый погиб, а старейшины все узнали. Они пришли в ярость. В наказание меня изгнали с острова ― отослали умирать в тоске по нашей колыбели и мужчине, на которого ее променяла. ― Таллула смахнула с ресниц слезы и продолжила: ― Но сегодня я нашла обратный билет, ― ведьма наклонилась ко мне и провела рукой по моей щеке. ― Следующей ночью ты умрешь, а твоя кровь принесет процветание острову и сестрам. Самородки посланы в этот мир, чтобы питать ведьм. И ты сама шла к ним в руки. Я только перенаправила тебя. На материке поступили бы точно так же. Я лишь ускорила этот процесс.
– Ошибаешься, ― прошептала я, смело смотря в ненавистные глаза. ― Магия была послана мне для защиты.
– Твоя сила велика, ― согласилась Таллула. ― Но она не защитит тебя от сотни ведьм нашей семьи.
– А что теперь защитит тебя? Ты продала чужую жизнь взамен своей. И сестры это знают. Они не станут тебе верить и избавятся при первой возможности.
Лицо ведьмы посерело.
– Не думай обо мне, ― напоследок обронила она. Затем поднялась с колен и молча вышла из шалаша.
Я изо всех сил старалась не терять силу духа. Но выходило не очень.
– Не вешай нос! ― раздался тоненький голосок у меня в голове. ― У нас еще сутки, чтобы что-нибудь придумать.