– Клео, мне жаль, ― тихо произнесла я. Бедная девушка успела пережить столько боли, а затем и вовсе потеряла свое тело.
– Не стоит, ― махнула хвостом рептилия. ― Мне нравится быть ящерицей. Я умнее хищников, и они мне не страшны, целыми днями греюсь на солнышке, ем, что хочу, сплю, когда захочу. Я наконец поумнела. И больше ни один человек не обведет меня вокруг пальца. А если ты меня вытащишь с этого проклятого острова ― жизнь станет сказкой. Но если вдруг не выйдет, попробуем перенести твое сознание тоже.
Я попыталась представить себя ящерицей, целый день греющейся на солнце. С этой мыслью и заснула. Кажется, воображение показало мне во сне рептилию, только у нее были крылья, а чешуя переливалась всеми цветами радуги.
Глава 11. У кострища
ЛИЛИ
Меня разбудили поздно, но от этого было не легче. Я, все еще связанная, по-прежнему лежала в шалаше и мечтала сбежать с острова.
– Пей, ― Таллула протянула мне новую флягу с водой. ― И поднимайся!
– Пришла-таки, коза рыжая, ― ворчал в моей голове голос Клео. ― Рожки-то не режутся? ― Ящерица не показывалась ведьмам, лазала где-то под моей одеждой.
Таллула привела меня обратно на помост и посадила прямо на него. Сама ведьма встала рядышком, словно часовой. Солнце уже поднялось над деревней, но не захотело показываться из-за облаков. Ведьмы вокруг шуршали, занимаясь каждая своим делом. Жрица, ее тень, Ирида, и еще две ведьмы варили фиолетовое зелье над костром. Четыре островерхие шляпы кружили вокруг котла, а их хозяйки периодически что-то нашептывали и подкладывали новые ингредиенты. Группа ведьм на метлах развешивала по периметру деревенской площади веники из трав. Наездницы словно украшали пространство к шабашу, создавая праздничный антураж. Неподалеку часть общины нарезала овощи и коренья, другая носила воду, третья запасала хворост и поленья. Детей и подростков, сующих свой нос на площадь, прогоняли метлами: видимо, им напиток не положен.
Сомнений не было ― островитянки уже не раз готовили темное зелье и погубили далеко не одну душу. Я влипла по-крупному. Ведьмы действовали слишком слаженно. Словно рой пчёл, они танцевали по поляне, наводя на меня ужас.
– Клео, ― обратилась я про себя к ящерице на плече. ― Почему они все молчат?
– Многие из сестёр имеют право говорить только по ночам, ― ответила рептилия. ― Когда ночное светило оберегает деревню.
– А как же они договариваются между собой?
– Жестами. Никто не жалуется, ― сообщил тоненький голосок в моей голове. ― Молодое поколение выросло в таких правилах и давно приспособилось. Другой жизни они не знают.
– А кто имеет право говорить днем?
– Старейшины, жрица и все, кто вносит особый вклад в жизнь общины.
– Например, Ирида? ― догадалась я, наблюдая за хороводом вокруг зелья.
– Да, Ирида ― сильный воин и охотница. Ей доверяют и её уважают на острове, ― подтвердила мою мысль соратница. ― А еще те, кто привел на остров самородка.
– А кто из них привел тебя?
– Одна из старших ведьм, может быть, увидишь ее ночью, ― рептилия впилась маленькими коготками в мою кожу. ― Знаешь, я совсем не расстроюсь, если во время побега мы убьем пару ведьм.
Прошел час, а за ним еще один. Солнце поднялось в зенит. Таллула так и стояла рядом со мной, не теряя бдительности. Удобного момента для побега не наступало.
Выжидать бесполезно. Нужно чудить и надеяться на госпожу Фортуну. Я зажмурилась и представила вместо тугих водорослей, обвивающих мои запястья, ― мягкий мох ― тоже зеленый, но легко порвется. Секунда, две, три. Ничего не произошло. Путы на руках так и остались водорослями. А может, их надо просто растворить? Снова зажмурилась, представляя, как освобождаются руки. Но своевольная сила не слушалась моих команд. Ей чужды были доводы разума. Я не сдавалась, пробовала снова и снова. Но все попытки колдовать оказались тщетны.
К вечеру зелье было сварено и убрано с огня. А на его место шестеро ведьм водрузили огромный котел с меня ростом.
– Лили, ― прошептала ящерица. ― Я забыла спросить, каким типом магии ты обладаешь?
– Магией преображения, ― мысленно ответила я, наблюдая, как островитянки носят ведра с водой и выливают их содержимое в котел.
– Может, пора ее применить? ― предложила моя маленькая подруга.