Муга стоял на коленях и отрицательно тряс головой. У девочки были благородные намерения, но она не понимала! Он был лучшим воином в племени, самым сильным, самым кровожадным, его мощь не смел оспорить ни один воин в Степи! Но при нападении на один из пограничных форпостов Темной Империи он сам и воины, которых он вел, попали в ловушку. В приграничье оказался магистр магии, которого сослали на полгода за какую-то провинность из Руха. Старик-магистр спеленал всех орков одним взмахом руки даже не отрываясь от поедания куриной ножки. На него наложили множество подчиняющих и ограничивающих заклинаний, лишили возможности говорить и продали работорговцам. Потом был год дрессировки. Его именно дрессировали, словно животное, ломая волю, обучая покорности. Он не мог даже убить себя! Никто бы не выдержал тех пыток, через которые он прошел! Никто! Муга сломался. После года дрессировки он был продан на рынке рабов послушной безмолвной собакой. Это был несмываемый вечный позор. Полуорк ни за что не посмеет вернуться в Степь после того, как мыл ноги своим хозяевам! Лучше, если его семья никогда не узнает о том, что он выжил! Если его хозяйка даст ему свободу, первое, что он обязан будет сделать — убить себя самым мучительным образом, чтобы хоть как-то оправдаться перед духами своих предков. Однако… Он боялся. Когда-то он не боялся никого. Ни богов, ни магов, ни смерти. Но это было до того, как его сломали…
Иллит же смотрела на его положение с точки зрения человека, выросшего в мире, где о рабстве только в книгах можно было прочитать. Ей было не понятно, почему этот могучий воин не хочет вернуться к семье. Про себя она решила, что в первую очередь займется его отрезанным языком. Должен же быть способ вернуть ему речь? Тогда Муга мог бы объясниться!
Вздохнув, она отвернулась от здоровяка и вернулась к книгам. Ее знаний об этом мире было ничтожно мало и этот недостаток нужно устранять, хотя бы частично. Иногда девушка натыкалась на тексты на незнакомых языках. Тогда ей приходилось откладывать книгу, а на ближайшей остановке просить ректора дать ей новые знания. В этом мире народов и их языков было в сотни раз больше, чем в ее прошлом. Практически каждая раса имела свою письменность. Не будь магии, то найти общий язык с большинством разумных в этом мире было бы невозможно. Но магия здесь была. Были и заклинания, позволяющие мгновенно изучить язык и письменность другого народа. Вот только услуга была крайне дорогой. Это могли себе позволить только очень богатые купцы и дворяне, за знание каждого языка готовые пожертвовать целыми состояниями. Даже большинство обычных магов были вынуждены учить языки самостоятельно. Заклинания ускоряли процесс в десятки раз, но все же это требовало множество усилий и времени. Иллит же повезло в том, что она попала под личный патронат ректора, способного за мгновение вложить ей в голову нужное знание. Только потом, начав непосредственное обучение, девушка поймет, насколько драгоценным было то, что делал для нее ректор Глер. За время поездки она изучила почти все языки Темной Империи и несколько языков Светлой империи, а также парочку с соседнего материка. Нет, в этом мире был общепринятый, на котором могли сносно говорить знатные и торговцы всех народов и рас, но он использовался исключительно в торговых и политических переговорах. Чтобы пообщаться в повседневности с обычным представителем стаи драконов необходимо было, чтобы дракон знал твой язык. Или ты драконий. Получая все больше знаний, Иллит все лучше осознавала, как ей повезло, что при попадании в этот мир она каким-то образом получила знание языка, на котором говорило все пограничье по обе стороны гор. Различия были, но они вполне друг друга понимали. Однако в столице Гарадата на этом языке не говорили, поэтому ректор взял на себя обязательство в просвещении юной дикарки.
Спустя несколько дней их небольшой караван прибыл в столицу Темной Империи, город Рух. Ожидавшая чего-нибудь в стиле Мордора из властелина колец, Иллит немного растерялась. Нет, были здесь мрачные черные стены с массивными воротами, в которые мог без напряжения влететь пассажирский боинг. Были здесь жутковатые стражники, зловещими взглядами осматривавшие каждого, входящего в город, но за стенами! Рух потрясал воображение изысканной архитектурой, чистыми мостовыми, множеством парков, статуй и фонтанов. Все было аккуратно, даже проезжая часть для карет была выделена отдельно от пешеходных тротуаров, по которым сновали горожане и рабы. Немного сюра добавляло многообразие разумных, множество из которых с людьми не имели никакого сходства. Где-то за углом кричал мальчик-зазывала, слышались споры, смех, детский плач. Даже Москва не казалась такой оживленной, как этот город. Хотя, если сравнивать с метро в час-пик…