- Сука-а-а!!!
А потом вновь пришла боль, ставшая уже практически родной.
Часть 3. Глава 1.
Часть 3. Прекрасный новый мир.
Глава 1.
Тот, факт, что она оказалась не на Земле, Анна поняла сразу же, как только с трудом открыла глаза. Все тело болело. Судя по ощущениям, ее долго и методично избивали. Пошевелиться не удалось, затуманенный взгляд выхватывал какие-то смутные образы. А еще, похоже, она была в теле ребенка.
Ведро ледяной воды, которой ее окатили, помогло немного прийти в себя. Она была голой привязана к столбу, и стояла на огромной куче хвороста, которую сейчас поливали два мужика каким-то маслом.
- Ну ты шо творишь? — возмутился один из мужиков на одетого в красную форму солдата с пустым ведром в руках. — отсыреет жеж! Гореть не буде! И штой-то ты тогда скажешь пресветлому отцу? Отчаго ведьма не горит?
- Не боись, — хохотнул солдат. — От ведра ничего не будет. Велено было ее привести в чувство, чтобы приговор услышала и осознала. А мы — люди подневольные.
Мужик что-то еще проворчал, а Анна, прекрасно понявшая разговор на незнакомом языке, вдруг осознала, что ее дела совсем печальны. Едва выбравшись из отчаянной ситуации, она неожиданно попала в новую.
Ей было холодно. Не так, как раньше, но ощущения от стояния мокрой голышом на промозглом ветру были не самыми приятными. Ее привязали на площади, вокруг которой в ночной темноте угадывались нестройно стоявшие неказистые деревенские домики с соломенной крышей. Все жители, от мала до велика, окружили ее и тихо переговаривались, в ожидании предстоящего шоу. А шоу предстояло интересное, крайне реалистичная реконструкция художеств средневековых инквизиторов. Девушку от осознания того, что через несколько минут она вновь окажется в том ужасающем месте затрясло.
- Шо, замерзла, ведьма? — издевательски спросил селянин, увидев, как ее бьет крупная дрожь. — То ничего, ща согреешься!
И довольно противно заржал. Шутку подхватили еще несколько мужиков и над площадью раздался звучный гогот.
Ответить Анна не могла, даже если бы хотела, поскольку рот у нее оказался заткнут какой-то крайне вонючей тряпкой.
Внезапно на площадь опустилась гробовая тишина. Даже женские перешептывания и детские выкрики полностью затихли. Сквозь толпу шел высокий худощавый мужчина в длинном черном одеянии, расшитом белой ниткой и запахнутом на манер халата. В руках он держал белый посох со стилизованным под солнце навершием.
Пресветлый отец остановился возле костра и стал зачитывать приговор. Основное обвинение состояло в том, что она была мерзким плодом демона и местной травницы. Доказательством служили красного цвета волосы и красные же глаза, чего у благочестивых людей не бывает. Чтоб два раза не вставать, к этому греху прилагался список злодеяний, вроде детской смертности, плохих удоев и так далее.
В голову Анне прилетел камень, после чего в черепной коробке снова болезненно загудело, а по лицу потекла струйка крови от рассечения, оставленного острым каменным краем. Анна взглянула на мальчишку, запустившего в нее снаряд. Тот заметил ее взгляд, широко осклабился и показал неприличный жест. Удачное попадание его явно воодушевило, и он уже начал искать другой камень, когда мальчишке прилетел мощный отцовский подзатыльник.
Анна подергала связанные за спиной руки, попыталась пошевелиться — ничего не помогало, прикрутили ее к столбу намертво. Да почему?! Наргот, так неудачно выбравший для нее место появления в новом мире, молчал, словно никогда не существовал.
Факелы коснулись вязанок хвороста под ее ногами, и тот мгновенно вспыхнул. Через пару минут ноги лизнули первые языки пламени. Снова боль. В какой-то момент она не выдержала и закричала в замасленный кляп. Из глубины души поднималась волна ярости. Она хотела жить! Внимательно посмотрев на собравшуюся толпу и на удовлетворенно скрестившего руки на груди инквизитора, девушка поняла, что не имеет права так глупо вновь умереть! Что-то лопнуло в глубине ее души, а пресветлый отец насторожено подобрался. Глаза аловолосой сгорающей заживо девчонки неожиданно изменились. Черный зрачок резко расширился, заполняя собой белки, а в центре этих пугающих провалов тускло отражали свет костра багровые огоньки.
Из девушки вырвалась мощная энергетическая волна, обдав безграничным холодом, после чего она потеряла сознание.
Очнулась Анна, когда небо уже начинало светлеть. С огромным удивлением, девушка обнаружила себя живой. Все еще голая, она лежала лицом вниз на чем-то ужасающе холодном. Со стоном Анна перевернулась и аккуратно села. Спина отозвалась болью, и представляла из себя сплошную гематому. Это было ерундой. Хуже было то, что минимум два ребра были сломаны, а, судя по тошноте, имелось в наличии еще и сотрясение мозга.