— О том, что происходит во вселенной, известно и без моих напоминаний, Мастер Фернион, — чуть склонил голову Эрик.
— Я говорю не об этом, — отмахнулся от его слов тот, грозно сведя вместе седые брови.
Не об этом. Эрик знал, но объяснять что-либо не собирался. Сейчас нужно было четко следить за каждым своим словом. Это не его тайна, и неизвестно, как отреагирует на нее Совет. Но судя по их нынешней реакции, можно сделать вывод, что не очень хорошо. И будет просто замечательно, если это будет просто' не очень хорошо', а не что-то помасштабнее. Так что в сложившейся ситуации Эрик собирался дать членам Совета минимум информации, которой он обладал.
— Если бы телепорт захотел, то сам пришел к вам. Однако принял решение остаться в тени, находясь в стороне от нашей жизни.
Фернион некоторое время изучающее рассматривал Эрика, пытаясь понять, до конца ли тот честен с ним. Вздохнув, он опустился на свой стул и, откинувшись на спинку, сдержанно кивнул:
— Рассказывай.
Хмыкнув, Эрик ответил ему таким же пронзительным взглядом и, неожиданно наклонившись вперед, насмешливо ответил:
— Вы не того увидели во мне, Мастер.
Игра в гляделки у обоих получалась одинаково хорошо. Фернион сердито сопел, пытаясь подавить Эрика взглядом, а тот лишь немного приподнял темную бровь в наигранном соучастии. Долго это продолжаться не могло, и, откинувшись обратно, он продолжил:
— Но могу рассказать, что в нашем мире он живет уже более двух лет, — о том, что два года назад телепорт пришел к нему за помощью, он рассказывать не собирался.
— И каким же образом вы познакомились? — ехидно скривился старик.
— Самым что ни на есть банальным, — вздохнул мужчина. — Но об этом вам пусть рассказывает сам Эндрю.
— Эндрю? — нахмурился Сирион, молчавший на протяжении всего разговора.
— Телепорт, — протянул Эрик, внимательно наблюдая за Фернионом. — Его зовут Эндрю.
Старик задумчиво молчал, почти уйдя в себя. Явно обдумывал что-то важное, но говорить об этом пока не спешил. Старый интриган. Но умный. А главное, понимает бедственное положение серафионов. Это большой плюс, так как иметь в союзниках столь сильного лидера очень выгодно. Многие к нему прислушаются. Жаль, что не все.
— И каким же образом этот Эндрю-телепорт расскажет нам об этом, если отказывается заявить о своем присутствии в нашем мире?
— Тебя волнует только это? Способ его появления здесь? — теряя самообладание, повысил голос Эрик. — Что ж, пусть это тебя не волнует. Только ответь мне, пожалуйста, на один вопрос. Для чего вам его присутствие? Что нового вы хотите узнать от него о вселенной?
И пока все искали ответ на его вопрос, Фарнион, очнувшись от своего забытья, примиряющее прокаркал:
— Не горячись, Эрик. Ты обвиняешь нас в том, чего на самом деле нет. Это детское любопытство, и ругать за это смысла нет. Наш мир не посещали представители других рас очень давно. Уже более трехсот лет, если быть точными. Их любопытство простительно.
Вздрогнув, Эрик стряхнул с себя невидимые щупальца ярости, потихоньку обвивающие его тело и разум, и попытался успокоиться. Получилось у него это не сразу, но все же он взял себя в руки и уже более спокойно реагировал.
— Но ты все же обязан был сообщить о появлении на нашей планете иномирца. И попытайся все-таки рассказать, где вы встретились. Или лучше спросить 'как'?
— Нет, в данном случае действительно больше подходит 'где?'. Однако сомневаюсь, что вы поверите, если я скажу, что он выпал из своего мира на территории моего клана.
— Слишком невероятно, — потрясенно выдохнул Фернион.
— И все же это так. Не верите мне, спросите его.
Фернион не сводил с него глаз, гадая, можно ли ему верить. Нельзя, усмехнулся про себя Эрик. Но говорить правду о знакомстве с телепортом не собирался.
— Обязательно, — задумчиво протянул Мастер, — А пока… не хочешь ли ты нам рассказать что-либо?
Эрик замер, тело напряженно застыло в предчувствии. И ведь не оставят в покое. Все то время, что он сидел здесь, ждал этого вопроса, и все же оказался не готов спокойно на него реагировать. Злость поднималась в нем тяжелыми волнами.
— В частности? — голос его звенел от сдерживаемых эмоций.
— В частности о своей недавно обретенной Избранной. Человеческой Избранной, — с намеком ответил старик.
Рядом послышались недоуменные восклицания до сих пор находящихся в неведении серафионов. Человеческая Избранная — нонсенс. Но кое-кто, судя по их лицам, все же знал уже об этой новости.