— Целиком и полностью. Джордан Шруварт глава его клана, они наши соседи.
Некоторое время за столом царила тишина. Сандра решила допить свой чай, пока не остыл, Кайла вступать в диалог ни с кем не спешила, предпочитая слушать, а Эрик следил за застывшим Дрю, мрачно взиравшим на него.
— Скрывали, значит, — протянул Дрю напряженно, — качественно.
— Не видел смысла раскрывать, — просто ответил Эрик.
— Что изменилось? — Дрю продолжал напирать.
— Все. Причина скрывать что-либо отпала в тот самый момент, когда опасения, которые я неоднократно выказывал на собрании относительно темных, сбылись.
Напряжение потрескивало между ними, сгущаясь все сильнее.
— Единственно верный способ влияния… — догадался Дрю, — умно. Узнай об этом Совет…
— Узнает… скоро.
— Хотел бы я на это посмотреть, — расслабился он, складывая руки под подбородком и подпирая его костяшками пальцев.
Чуть позже к ним присоединился Шорм. Взлохмаченный, энергия буквально била из него, заражая других.
— Решали вопрос с учебой Слэра, — пояснил свое отсутствие, — ему намного проще, чем тебе, Сандра. Все наши дети учатся в одних и тех же учебных заведениях, так что обеспечить им охрану не составило труда. Как там наш новый почти уже член семьи?
Переглянувшись, все разразились искренним, чистым смехом, разрядившим обстановку.
— Все просто замечательно, — Кайла улыбнулась на недоуменный взгляд, пододвигаясь, чтобы освободить ему место.
Дрю пробыл у них недолго. Уже примерно через полчаса, собравшись, он спешно со всеми попрощался, ссылаясь на то, что ему необходимо выполнять свои прямые обязанности в клане и присматривать за только вступившей в свои права главы клана Селеной. Сандра нуждалась в послеобеденном сне, чувствуя легкую сонливость, которую никак не могла преодолеть, что было весьма странно. Ласковые объятия мягкой кровати манили ее, она словно слышала, как та нашептывала ей обещание непередаваемых удовольствий, которые может передать ей. Сопротивляться не было сил, и через некоторое время она уже предавалась сладким объятиям морфея.
— Надо будет четко следить за контурами, — продолжал инструктировать Эрик, поднимаясь и внимательно осматривая запыленную мглу под ногами.
Расслаивание пространства было весьма емким делом и осуществимо только на собственной земле, так как вся она пропиталась энергией клана, пространство было гибким и послушным как пластилин. За собственной территорией это никому не удавалось еще ни разу. Отделять пришлось много, оставил только яркую черноту земли с раздуваемым по ее поверхности редким песком, да искаженную стену пространства, открывающую пути в другие миры с натянутой на нее тонкой пленкой, переливающейся всеми оттенками от черного до серебристо-стального, посыпанного сверху перламутром.
— Купол? — предложил Шорм, оглядываясь.
— Нет. Отсюда им не выйти, только если проводить наверх, без этого никак.
— В случае опасности… — прорычал он, почти теряя контроль над собой.
— Оглянись, — осадил его Эрик. — Здесь нет ничего живого.
С этим Шорм был полностью согласен. Черная, изъеденная земля, утоптанная под ногами в идеально ровную поверхность вряд ли могла дать жизнь хоть чему либо. Растянутое, наполненное теплыми и вместе с тем мрачными оттенками черного, переходящими в коричневый цвет и от него уже в немногим более светлые тона пространство. Находиться долго в этом унынии было невозможно.
Вскинув голову, Шорм прислушался.
— Джордан здесь… — Эрик обернулся к Шорму, напряженно всматривающемуся в слои пространства, — Эндрю тоже.
— Что ж, — слабое движение руки, и потоки расступились, стоило только Эрику приказать. На землю равноудалено друг от друга по кругу падали огромные сгустки плотного черного дыма, один за другим ударяясь о твердую поверхность, и, словно стряхивая с себя остатки серого тумана, спадающего к ногам, из них вышли остальные участники опасной диверсии. — Начнем!
И решительно развернулся к порталу, вскидывая руки. Тонка пленка, запечатывающая вход, легко поддалась, отходя по краю узкого шва.
— Сандра… Сандра, просыпайся! Я им устрою вселенский разнос, идиоты… Сандра!!!
Злостное шипение раздавалось совсем рядом, сильно раздражая, так как не давало спать. Голова была тяжелой, глаза ни в какую не хотели открываться. Слегка поморщившись от крика над ухом, отвернулась, переворачиваясь на другой бок, как ее беспощадно затрясли.