— Твой отец сам сделал свой выбор. В угоду титулу и расширению влияния. Он всегда был более… торговцем, чем человеком. Не совершай его ошибок, Эдвин. Живи своей жизнью, а не его несбывшимися планами.
Мужчины задумчиво смотрели друг на друга, размышляя каждый о своем.
Дядя Эдвина с тяжелым сердцем вспоминал, как его старший брат пытался подстроить жизнь всех окружающих под свои замыслы. И как еще совсем юный лорд Дерби нашел смелость противостоять деспотичному виконту и женился на той женщине, к которой тянулись сердце и душа, даже если это означало полный разрыв отношений с братом. Отец Эдвина же предпочел богатое приданое и титул герцога. В итоге, скверный характер жены, тирания мужа и, как следствие, постоянные склоки и измены четы Колчестер стали наглядным пособием всех возможных минусов женитьбы, превратив Эдвина в убежденного холостяка. Счастливый же брак дяди, с которым он начал нормально общаться лишь несколько лет назад, выглядел скорее исключением, чем закономерностью.
А Эдвин в это время мечтал о прекрасных антрацитовых глазах, смотрящих на него помутневшим от желания взором, и понимал, что ему необходимо сделать самый трудный шаг в своей жизни…
— И почему ты до сих пор не сказал своей неотразимой леди, что ты давно не только виконт? — выдернул его из мечтаний вновь недовольный голос дяди. — Будет не очень красиво, если она прознает, что простой виконт Монфор уже два года как герцог Колчестер.
— Как-то не было подходящего случая, — Эдвин пожал плечами. — Как ты себе это представляешь теперь? Леди Аннабель, я тут забыл вам сказать, что жуткий тиран герцог, которым нерадивые арендаторы пугают друг друга, это я!
Лорд покачал головой, пряча ухмылку. Вроде тридцать пять лет племяннику, а боится с девушкой разговаривать. Хотя, он был точно таким же нерешительным, когда встретил свою любимую супругу.
Тут дверь кабинета открылась, заставив подскочить не ожидавших этого мужчин. На пороге стояла слегка полная женщина, вытирающая руки о полотенце и угрюмо рассматривающая их.
— И сколько вас ждать? Мы уже и пирог с грушей достали, а вы еще даже к горячему не притронулись!
— Кэти, любовь моя, ну не серчай. У нашего Эдвина душевные терзания…
— На голодный желудок любые терзания выглядят намного страшнее, чем они есть на самом деле. А ну марш в столовую! Вон, какой худой стал…
Глава 9
Аннабель наконец-то вырвалась из душного дома и смогла снова прийти под любимое дерево. Ей срочно нужен был свежий воздух. Конечно, именно это, а не надежда увидеть виконта, стало причиной ее прогулки. Прихрамывая и держась за руку своей горничной, Анна медленно, но уверенно двигалась к ручейку.
Опустившись на траву в тени дерева, девушка тяжело выдохнула. Элиза тут же запричитала:
— Ах, леди Аннабель, не стоило нам так далеко ходить. И сада было бы достаточно. Марк только подстриг лужайки. И какие прехорошенькие они стали, честное слово. Одно удовольствие по ним гулять. И совсем недалеко от дома. Вам было бы легче. А то уже третий день сюда приходим. А я вижу, как вам больно. Далеко же, леди.
— Зато здесь красиво, — девушка была непреклонна.
Надежда до сих пор не покинула ее. Виконт же знал, что она приболела, раз послал тот букет. Не мог же он обидеться, что она не приходила. А может Эдвин не знает, что она поправилась?
— Кто тебе тогда передал букет? – Аннабель решила выведать у своей словоохотливой горничной больше подробностей.
— Так Томас, слуга виконта. Мы иногда встречаемся с этим прохвостом в городе, когда я хожу вам за пирожными.
— Почему «прохвост»? – улыбнулась Анна смутившейся служанке.
— Ну так… Потому что. Вечно заходит туда за мной, хотя ничего не покупает. Я думала сначала, что нравлюсь ему, так он вечно что-то странное рассказывает. И слова ласкового не скажет.
— Например?
— Представляете, когда видела его в последний раз, на той неделе, рассказывал, как он с господином на рыбалку ходил, до отъезда их, значит. И, говорит, поймали рыбину огромную. Вооот такую. Он смотрит на нее, а глаза у нее, рыбы той, точно мои. Голубые. Ну вы представляете, леди?