Впервые как все это произошло, мне захотелось узнать больше. Зная, что, он в самом деле жил, существовал, и тем не менее…все это было без толку.
- Ты расскажешь мне больше? – спросила я, наблюдая как он послушно оплачивает счет. Я праздно задалась вопросом откуда он берет деньги, но затем решила что не хочу знать.
Он кивнул.
- Завтра. Когда я отведу тебя на новую выставку живописи в Музей Современного Искусства.
Я сузила глаза.
- Ты заглядывал в мой альбом, - обвинила я его, чувствуя ярость. Я никогда никому не позволяла заглядывать в свой альбом.
- Твою маленькую записную книжку? Нет.
- Тогда откуда ты узнал, что я люблю живопись?
- Просто знаю. – Он улыбнулся, опуская взгляд на мои руки. Я рассмеялась. У меня на заусеницах до сих пор осталась желтая и оранжевая краски.
Прежде чем мы ушли, я огляделась в поисках Клаудии. Ее нигде не было видно.
Глава 15
"Если у нас есть ангелы, давайте будем трезвыми, словно мы в присутствии наставников; ибо есть демоны так же."
Св. Иоанн Златоуст
Феникс настоял на том, чтобы проводить меня домой, не смотря на мои посредственные протесты, что со мной все в порядке. Мы вышли из пиццерии на уже опустевшую улицу. Тишина была чрезвычайно неудобной. Как только мы вошли в переулок, позади ресторана, я ощутила это. Острый терпкий аромат зеленых яблок. Это напомнило мне то состояние, когда разжевывая жевательную резинку, тебе попадается наполнитель. Я такие просто терпеть не могла. Феникс напрягся рядом со мной.
- Это не ты, да? - Прошептала я, мое сердце бешено стучало. Он не ответил. Ему и не надо было. - Феникс?
Он рявкнул, поворачиваясь ко мне, положив свои руки мне на плечи.
- Оставайся здесь. - Он тряхнул меня. - Я вернусь через минуту. ОСТАВАЙСЯ ЗДЕСЬ!
Я кивнула. Он повернулся и пошел в переулок, оставляя сдедом облако белого мускуса. Фонарей не было. Это была одна из тех узких улочек, которая была недостаточно широка, чтобы по ней проехала машина. Мусорные баки располагались вдоль одной стены, а странные мешки полусгнившего мусора и пищевых отходов из ресторанов, были свалены рядом с ними. Пройдя несколько шагов, тьма поглотила сиуэт Феникса. Была жарко, даже немного парило, но я все равно обхватила себя руками, чувствуя озноб. Я напрягла глаза, но ничего не увидела. Затем сквозь хлопанье крыльев, я услышала приглушенный крик девушки. Следующий крик не был приглушенным. Он прозвучал громко и ясно. Крик абсолютного отчаяния. Мои ноги понесли меня в темноту прежде, чем я осознала. Феникс стоял перед тем, кто я сразу могла сказать был еще одним изгнанником. Он был высок и худощав, но широк в плечах. Он был одет во все черное, с сияющими светло-русыми волосами. Он удерживал девушку, обвив рукой вокруг ее шеи. Она вырывалась, пытаясь уйти. Ее ярко-рыжие волосы привлекли мое внимание. Потом я отметила ее униформу. Рубашка была разорвана, и черная юбка была все еще на ней, хотя было ясно, что долгое она там не продержиться. Ее золотой бейдж подминул мне в лунном свете. Клаудия. Когда я подошла к Финиксу, она увидела меня и закричала:
- Вайолет! Слава Богу! ВАЙОЛЕТ! ПОМОГИ МНЕ!
Светлый изгнанник сжал руку на ее шее, а другой перекрыл рот, заставляя ее молчать. Я остановилась около Феникса.
- Я сказал тебе ждать. Уходи! - рявкнул он мне. У меня не было времени, чтобы ответить прежде, чем он переместил свое внимание к блондину. - Освободите ее. - Он говорил спокойно, угроза была более сильной без крика. Дрожь пробежала по моему телу.
Блондин вздрогнул и бросил Клодию вниз. Ее голова ударилась о землю так сильно, что она отскочила.
- Встань передо мной на колени, - усмехнулся ей изгнанник.
К моему ужасу я смотрела, как Клодия поползла на руках и коленях. Кровь текла свободно из глубокой раны над ее левым глазом. Она остановилась у его ног, становясь на коленях перед ним, как он приказал.
- Умоляй меня отнять твою жизнь, - приказал он, словно разговаривал с бешеной собакой. Клаудия была потрясена от страха, но она не смогла остановить слова.
- Убей меня. П-п-пожалуйста, - закричала она.
- Нет! Отпусти ее! - закричала я. - Клаудия! Клаудия беги!
Но она не сделала этого. И вместо того, чтобы отпустить ее, светлый изгнанник положил руки по обе стороны от ее лица.