Я поразилась отметинам.
- Стеф скажет, что это уродство.
Феникс взирал на меня с трепетом.
- По ощущениям, как будто я прошла много дней, - сказала я, поднимая окровавленный кинжал, которые лежал в листьях возле меня.
- Они в силах сделать это. Поменять реальность и заставить твое воображение управлять тобой.
И все же это было намного больше. Все так и должно было быть. Я перебросила кинжал из руки в руку пару раз, вращая рукоять, а потом, схватила его снова. Феникс посмотрел на меня с сомнением.
- Что? Это мое. Поверь, я заработала его.
Я начала чувствовать себя гораздо сильнее с каждой минутой. Я потерла лицо, которое жгло с одной стороны.
-Ты ударил меня?
- Просто хлопнул, - сказал он, ударяя по красной грязи.
-Тогда почему ты выглядишь так виновато
- Это не так, - сказал он защищаясь, потирая ноги и глядя в сторону.
- Думаю, я могу ходить. Мы должны идти. - Я попыталась пошевелиться и вздрогнула от боли.
Феникс вздохнул.
- Встань. Остальное я сделаю.
Фениксу пришлось поддерживать меня, чтобы я не упала, когда мы вошли в дверь склада Линкольна. Обезвоживание еще влияло на меня, и хотя вода помогла, из-за нее я чувствовала себя еще хуже. Прижимая меня к груди, Феникс опасливо глянул на меня.
- Есть кое-что, что я должен тебе сказать. - Его голос был как из могилы. У меня скрутило живот. Рот наполнится слюной, на сей раз не вкусом яблок.
- Ты обязательно должен сказать мне это прямо сейчас. Думаю, мне нужно в ванную.
Он прикусил губу.
- Это может подождать.
Он отнес меня в ванную, где мне вырвало всей водой, которую мне удалось проглотить. Когда я появилась, Гриффин и Магда были в кухне. Феникса в поле зрения не было. Они оба застыли с выражением ужаса на лицах, когда увидели мою внешность.
- Ты..? - начала Магда.
- Думаю да. - Я подняла руки. – Если тебя это убедит.
Они недоверчиво смотрели на меня, пока я не нарушила тишину.
- Как Линкольн?
Магда опустила взгляд:
- Беспокоится о тебе. Он умирает и хочет увидеть тебя.
Мне даже стало ее немного жаль, но я также не могла сдержать кратковременную волну виноватого удовольствия.
Феникс сидел около кровати Линкольна, когда я вошла в комнату. Линкольн поднимался, когда попытался говорить с ним. Было ясно, что прервала что-то. Феникс поднялся со своего места, чтобы помочь мне подойти к кровати. Я посмотрела на него вопросительно, но он просто не обратил внимания на это.
Линкольн был похож на смерть, но когда его глаза нашли меня, он улыбнулся. Я стиснула зубы, и мое сердце сжалось. Его блестящие зеленые глаза стали тусклыми и уставшими, но спорить было бесполезно, они все еще были самыми исключительными глазами, которые я когда-либо видела.
- Ви, ты в порядке? Он с-с-сказали мне, что ты отправилась, чтобы пройти церемонию объятий, - выдавил он.
- Я здесь, не так ли? - сказала я, пытаясь заверить нас обоих, что все хорошо, как только могла.
- Я не хотел... Не так. Прости. – Ему было очень больно. С каждым словом он морщился, и я знала, что он будет пытаться скрыть то, что может от меня.
- Я знаю. Так... давай посмотрим, работает ли эта целебная вещь. - Я посмотрела на Феникса. - Ты не мог бы позвать Гриффина?
Он вышел из комнаты, не отвечая. Что-то расстроило его.
- Ви, есть кое-что... что-то, что тебе нужно... Я вижу... - Он напрягался слишком много, глядя на дверь, убеждаясь, что мы одни.
- Скажешь позже. Когда тебе станет лучше.
- Мне...мне ж-жал...
- Я знаю.
Гриффин объяснил, как исцеление должно было работать. В теории я должна была просто направить свое желание вылечить Линкольна. Поскольку он был моим предназначенным партнером, это произойдет естественно. Все это проникло через силу ангельских качеств, которые у меня теперь были, и браслетов... или в моем случае, отметин на запястьях.
- Хорошо, так я просто должна взять его за руки или что-то еще? - спросила я.
- Ты должна найти свой собственный способ соединиться с ним и открыть себя, - объяснял Гриффин. Он казался возбужденным, и я видела, что Магда волновалась. Они не были так уверены, какими пытались казаться. Они стояли позади комнаты, давая нам пространство. Феникс колебался в дверях.
Линкольн то приходил в сознание, то нет. Он неглубоко дышал, и его губы посинели. Соединиться с ним - это было то, что я пыталась не делать в последнее время. Как я могла открыться для него? Мой разум погружался в сон, к незнакомцу, которым я была. Он был моим ангелом-создателем? Со всем, что я теперь знала, это казалось более вероятным, что сон действительно означал что-то. Я вспомнила картину, цвета. И я вспомнила вопрос.