Хлоя улыбнулась, осознав, что он сердит. Это был прогресс. Ему все труднее было контролировать себя и возводить ледяную стену, когда она оказывалась рядом. Хорошо.
— Я бы предпочла и то, и другое, если ты не возражаешь.
Он резанул по ней тяжелым взглядом своих темных глаз.
— Я смогу это выдержать, Хлоя. Продолжай.
То, как он произнес ее имя, все-таки заставило девушку задрожать.
— Я хочу, чтобы ты стал для меня настоящим Покровителем во всех смыслах.
Его рука со всей силы врезалась в стену душевой, и Хлоя подпрыгнула от того, насколько громким и неожиданным был звук.
Покачав головой, он ответил:
— Зачем тебе это нужно? Будь реалисткой, Хлоя. Я командир, военачальник. Я не подхожу на роль мужа. Я не буду растирать твои ступни, когда они заболят. Я не хочу детей. Я не хочу тебя.
Его резкие слова глубоко ранили. Глубже, чем, вероятно, должны были. Хлоя слышала абсолютную убежденность в его голосе, и это почти заставило ее бежать прочь из комнаты.
— Ты ошибаешься. Я думаю, ты был хорошим человеком раньше, но сейчас ты стал кем-то большим. Боль твоего прошлого не искалечила тебя, хотя ты ведешь себя именно так. Она сделала тебя сильнее, заставила понять, насколько драгоценна жизнь. Если ты перестанешь видеть мир только в черном цвете, то сможешь познать что-то новое, Тай.
Выключив воду, Тириан направился к Хлое, прижав девушку к двери и намочив ее платье и обтянутые чулками ноги. Это полностью воспламенило ее.
— Ты ничего не знаешь. Ты молода и наивна, как я когда-то. Жизнь — это боль и смерть.
Хлоя посмотрела на него.
— Ты сам виноват в том, что видишь мир именно таким. Я очень, очень сожалею о том, что случилось с твоей семьей. Я вполне искренна, но это случилось так давно. Я имею в виду, ты все еще любишь ее?
Тириан отпрянул, словно она ударила его. На лице Командующего промелькнуло странное выражение. Вина? Стыд?
— Нет, я никогда не любил Марию в этом смысле. Тогда были другие времена. Я был могущественным и состоятельным вампиром, генералом Воинов Атала, что обязывало меня к определенному статусу. Брак был устроен моим отцом.
Хлоя переваривала информацию, которую только что услышала. Она молчала, не зная, что сказать. Тириан ухмыльнулся, зло скривив губы.
— Я не смог защитить ее и моего сына. А сейчас ты желаешь занять ее место рядом со мной. И когда это случится снова, я вновь останусь один… — он покачал головой и покинул ванную. Тириан начал с треском выдвигать ящики комода и резкими движениями вытаскивать одежду.
— Тириан, мне очень жаль, — слезы застилали глаза Хлои. — Но это было так давно. Ты не будешь один, потому что я никуда не уйду. Я буду здесь с тобой.
Тириан натянул на ноги пару черных брюк.
— Даже если я…, — он остановился, печально покачав головой.
Хлоя сдалась. Ее сердце угрожало рассыпаться на кусочки, ее эмоции словно попали в капкан, и она не знала то ли сломать что-нибудь, то ли запустить в него что-то тяжелое.
— Я все время размышляю, что со мной не так? Что во мне такого ужасного, что ты не можешь даже попытаться поговорить со мной? Быть со мной, когда то, что я чувствую по отношению к тебе больше… мощнее, чем все, что я чувствовала раньше.
Он долго молчал, и Хлоя поняла, что борется со слезами. Покачав головой, она развернулась, чтобы уйти. Но как только ее рука коснулась дверной ручки, Тириан заговорил:
— В тебе нет ничего плохого, Хлоя. На самом деле в этом и проблема, — произнес вампир странным голосом. Хлоя повернулась к нему, шокированная до глубины души. Не поднимая глаз, мужчина пояснил: — Я провел последнюю тысячу лет один, но с тех пор, как встретил тебя, ты не прилагаешь особых усилий, однако, все мои мысли заняты только тобой. Куда бы я ни отправился, слежу ли я за тренировками своих воинов, разрабатываю стратегию по уничтожению твоего демона, ты всегда со мной.
— А ты со мной, — хрипло сказала Хлоя. Он медленно покачал головой.
— Путь, по которому мы движемся, опасен. Со мной уже происходило подобное. Тогда я был наивен и молод. Я усвоил жестокий урок о том, что случается, если твои эмоции одерживают верх. Когда ты позволяешь кому-то, о ком заботишься, оставаться рядом с тобой. Позволяешь себе чувствовать.
— Разве это того не стоит? Не стоит времени проведенного вместе? — Хлоя сморгнула слезы, не позволяя им пролиться.
— Однако, стоит ли боль наслаждения? Я не могу честно ответить на этот вопрос, Хлоя. Но никогда, даже на мгновение, не сомневайся в том, что ты привлекаешь меня. — Он поднял голову и рассмеялся, устало потирая рукой шею сзади. — Посмотри, на что я уже поддался. Я не могу устоять перед тобой. Я разговариваю о чувствах. Мое сердце начинает биться быстрее, стоит тебе оказаться рядом, и я испытываю эмоции, которых не ощущал веками, если знал их вообще. Твой аромат следует за мной, а когда он все же пропадает, я иду туда, где находишься ты, и он снова дразнит меня. Я скучаю по нему, когда он исчезает, я жажду его, когда я рядом с тобой. Это заставляет меня чувствовать себя таким старым. А затем я смотрю на тебя и вижу, насколько ты молода.
— Я не всегда буду молода, — прошептала Хлоя.
Уголок его губ приподнялся в печальной улыбке.
— Но в сравнении с тобой я всегда буду древним. Всегда буду пресыщенным и утомленным прожитыми столетиями. На самом деле, ты не хочешь этого. Я никогда не смогу принести тебе того счастья, которое тебе необходимо, которое ты заслуживаешь. Я уверен в этом.
— Нет, это не так. Я чувствую это. Я это знаю, Тириан. Судьба свела нас вместе. Почему бы нам не рискнуть и не посмотреть, что из этого выйдет?
Сердце Хлои билось с надрывом. Даже, когда он в очередной раз покачал головой, она бросилась вперед.
— Твои слова уже не остановят чувств, которые я к тебе испытываю. Я не могу сделать так, чтобы они испарились, да я и не знаю как. Единственное, что я знаю, что, когда я не с тобой, то хочу, чтобы ты был рядом. А когда мы вместе, это одни из самых счастливых моментов, которые когда-либо у меня были.
На его лице отразился гнев.
— Немыслимо. Что за жизнь ты провела до встречи со мной, если наши с тобой стычки настолько заводят тебя?
— У меня была хорошая жизнь, Тириан. Счастливая по сути. Конечно, я бы хотела, чтобы мы больше разговаривали, узнавая друг с друга, но даже наши столкновения, я не рассматриваю, как что-то плохое. Я чувствую, что борюсь за то, чтобы ты открылся, а не потому что ненавижу тебя. Я борюсь за тебя, — последние слова Хлоя произнесла дрожащим голосом, не громче шепота.
Его пылающий взгляд задержался на ней на долгие, бесконечные мгновения. У нее перехватило дыхание, а сердце с трудом билось в груди.
Тириан медленно поднялся. Он был словно хищник, его глаза дико сверкали. Подойдя к Хлое, Командующий обхватил ее лицо своими огромными ладонями и накрыл ее губы своими. Он снова и снова брал рот девушки, исследуя его, покусывая губы. Язык вампира пировал у нее во рту, лизал, ударял и ласкал, утверждая свою власть. Утверждая свои права на нее. Когда он, наконец, оторвался от ее сладких губок, то прижался лбом к ее лбу.
— Ты понятие не имеешь, что происходит, когда ты позволяешь кому-то проникнуть в свое сердце, Хлоя. Насколько это больно… когда они уходят.
Сглотнув слезы, девушка решительно обняла его за талию.
— Я бы предпочла узнать и испытать все, чем оставаться в блаженном неведении. Ты сказал, что между нами только секс. Что ж, я думаю, ты ошибаешься.
Его руки окружили ее, прижав ближе к своему разгоряченному телу.
— То, что ты просишь у меня… — хрипло выдохнул Тириан.
Хлоя крепче обняла его.
— Знаю. Но, по крайней мере, позволь себе попробовать. Я смогу позаботиться о тебе.
Она буквально положила свое сердце на гильотину. Один смертельный удар, и Хлоя уже никогда не сможет собрать разбитые кусочки вместе.
Он обхватил руками ее затылок, зарывшись пальцами в волосы. Его губы прожгли дорожку вверх по ее челюсти к губам. И затем Тириан поцеловал девушку с такой разрушительной силой, что Хлоя уже не знала, где начинается она и заканчивается он. Комната закружилась, и разум девушки очистился от всего, кроме мыслей об этом мужчине, его вкусе, запахе. Его язык скользнул мимо ее приоткрытых губ, поглотив Хлою, да так, что она оказалась порабощена его вкусом. Хлоя плыла в нем, прижимаясь настолько тесно, что даже воздух не мог пройти между ними.