Мия надела пышное платье нежно-голубого цвета и, спеша, неуклюже расчесала спутанные волосы, которые после закрутила в пышные локоны.
Когда девочка выбежала из двора, на улице уже подготовили полянку для будущей «свадьбы» Мии и Коула.
Коул был влюблен в подругу, сколько себя помнил. А, когда признавался ей в чувствах, то Мия всегда кривлялась ему в ответ, высунув язык, и убегала.
Но, если она была равнодушна к нему, то почему сейчас, подходя к «алтарю», у которого стоял Коул, ее сердце так сумасшедше билось в груди? Почему ладошки потели, а ноги стали ватными по пути к темноволосому мальчику, внимательно наблюдающему за ней?
Коул набрал маленький букетик полевых ромашек в саду у бабушки и протянул их Мие, когда та к нему подошла.
— Спасибо, — смущенно улыбнулась она с покрасневшими щеками.
— Ну, что, приступим? — Разорвала тишину лучшая подруга «невесты», Серафина, становясь перед «молодоженами».
Выписав длинную речь регистратора из интернета, девочка со светлыми вьющимися волосами прочитала ее со всей ответственностью, словно в их квартале происходила настоящая свадьба.
— Согласна ли ты, Мия Лоранс, выйти замуж за своего соседа, Коула Блэкуэлла? — Прищурила Серафина голубые глаза, зная, что ее лучшая подруга прятала свои истинные чувства к мальчику только потому, что боялась открыться ему. Стеснялась быть уязвимой.
— Да, — кивнула «невеста».
Все присутствующие захлопали в ладоши. По всему кварталу раздались мальчишеские крики и девичьи визги.
— А ты, Коул Блэкуэлл, — обратилась «регистратор» к гордо стоящему «жениху», — согласен жениться на любви всей своей маленькой жизни, Мие?
— Да, — не раздумывая, ответил Коул.
Мия тяжело сглотнула и, мельком взглянув на мальчика, стоящего рядом, когда осознала, что тот все это время смотрел, не отводя от нее счастливых темно-карих глаз.
— Когда-нибудь я по-настоящему женюсь на тебе. — Уверенно заявил Коул.
Мия показательно закатила глаза и фыркнула:
— Мечтай дальше.
Она потопала подальше от друга, застеснявшись побагровевших щек, а Коул грустно улыбнулся, бросив быстрый взгляд ей вслед…
— Любовь моя, ты готова? — Голос мужа вырвал меня из детских воспоминаний.
Я перевела взгляд влажных от слез глаз с блестящего обручального кольца на глубокие темно-карие глаза Коула, отражающиеся в зеркале.
— Да, малыш.
Медленно отошла от туалетного столика уборной и подошла к Коулу, положив руки на широкие плечи под плотной тканью черного пиджака.
Мой взгляд скользнул вниз по черному строгому костюму — Коул был таким элегантным, таким чертовски привлекательным. Внутри меня разлилось теплое, горящее чувство собственничества и нежности. Я притянула его ближе, обвивая шею руками, и мягко прижалась губами к его. Нежно оттянула нижнюю губу, раскрывая его рот и осторожно проникая языком внутрь.
С мужских губ сорвалось тихое, удовлетворенное мурчание. Коул положил свои крепкие руки на мою талию и притянул меня еще плотнее.
Он целовал меня жадно, до дрожи, до легкой боли в губах, и я жаждала еще. Мои пальцы зарылись в его волосы — вцепились, чтобы не потерять равновесие, чтобы не упасть в этот водоворот чувств. Его грудь тяжело вздымалась, а сердце стучало в унисон с моим — быстро, рвано, безумно.
Я на секунду отстранилась, чтобы сделать жадный глоток воздуха, и заглянула в родные глаза.
— Я горжусь тобой, — Коул прислонился своим лбом к моему.
Сегодня был один из самых волнительных дней в моей жизни — объявляли результаты литературного конкурса, куда я подала книгу о нас с Коулом.
Сердце будто сжалось в комок, каждое его биение отдавалось эхом в груди. Я столько месяцев вкладывала душу в эту историю, каждую строчку писала с трепетом и надеждой. Тревога смешивалась с волнением, и я чувствовала, как внутри растет комок беспокойства.
Коул стоял напротив, словно тихая скала, и видел, как я сжимаю руки в кулаки, пытаясь сдержать нервы. Его глаза были полны нежности и поддержки.