Все это время мы с Коулом встречались по ночам. Гуляли, сбегали из дома, бродили по безлюдным улицам, освещенным только лунным светом. Наслаждались друг другом, каждую ночь желая остаться именно в ней, чтобы та не кончалась.
Мы были вместе, пока весь город спал. И с каждой встречей становилось все сложнее расставаться из-за незнания, когда в следующий раз получится увидеться.
После клуба мы остановились на набережной, где проводили большую часть нашего времени. Ночное небо на горизонте уже светало, готовясь к приближающемуся рассвету. Мы с Коулом сидели в обнимку с переплетенными пальцами рук, наслаждаясь остатками теплых дуновений летнего ветра.
Каждый раз, когда я вспоминала, что Коул уезжает в Тампу, мысль о том, что мы отдаляемся друг от друга, не давала мне покоя. Это пугало меня, пропускало разряд холодного тока по всему телу.
— А как часто ты будешь приезжать?
— Я буду стараться возвращаться каждую неделю.
— Мы будем видеться раз в неделю?
— Почему? У нас есть пятница, суббота и воскресенье, — Коул поцеловал каждый мой пальчик по очереди нежными, легкими, как порхание бабочки, поцелуями.
Этого мало.
Больше мы ни о чем не говорили, но и молчать нам всегда было комфортно. Нет ничего лучше, чем осознание того, что тебе хорошо просто сидеть с человеком в полной тишине, которая не давит на вас, а, наоборот — успокаивает. Вам достаточно взглядов, прикосновений, дыхания друг друга, чтобы передать то, что вы чувствуете, потому что в этот момент общаются ваши души.
Я сильнее прижалась к мужской груди, слушая мерное сердцебиение, а Коул зарылся носом мне в волосы, гладя меня по спине.
Волны с силой ударялись о берег, издавая всхлипывания, которые эхом раздавались в моей душе.
Первый день в старших классах ощущался, как поступление в новую школу: новые преподаватели, новые одноклассники, новые испытания впереди. Одно радовало — предметов было значительно меньше, чем в средней – только те, что могли нам помочь определиться с профессией в будущем.
— Как тебе тот красавчик? — Ана указала, на высокого парня с вьющимися волосами, подстриженными под каре. Он вальяжно оперся о стену напротив нас.
— Мне не нравятся длинноволосые.
— Но он милашка, — взвизгнула она.
Я тихо рассмеялась и покачала головой, прикрыв глаза.
У Аны милашками были все, независимо от цвета кожи, длины волос и роста. В какие компании бы мы не попадали, она всегда находила, на кого положить глаз. И если между ними что-то не срасталось (а такое бывало часто), это становилось концом света. Ровно до того момента, пока на пути не встретится новый милашка.
— А тот как тебе? — Она толкнула меня в плечо, стреляя глазами в новенького, который подошел к кучерявому.
— Ты про того качка?
— Ага, — ухмыльнулась девушка, наматывая на указательный палец прядь каштановых волос. — Он секси.
— Он — глыба мышц, — я закатила глаза. — Ставлю все шоты на следующую вечеринку, что в нем чувств столько же, сколько у меня к задачам по геометрии.
— Минусов не вижу, – фыркнула Ана. – Но он совсем не смотрит в нашу сторону. Я хочу, чтобы он подошел к нам…
Я опустила взгляд на наручные часы, мысленно планируя сегодняшний день. После школы мне еще надо было успеть заскочить в библиотеку, чтобы найти нужный материал для одной задумки новой рукописи.
— О, Боже, он идет к нам, — Ана дернула меня за запястье, вырывая из мыслей.
Широкоплечий парень невысокого роста шел в нашем направлении вальяжной походкой. Это уже меня раздражало. Он шел буквально, как «я каждое утро целую себя в зеркало».
— Привет, — подмигнул нам брюнет, поправляя воротник белой рубашки.
— Привет. Я — Ана, — протянула мечтательно девушка, сканируя глазами парня с макушки до носков лаковых туфель.
С моих губ слетел тихий смешок, глядя на ее реакцию. Когда я повернулась к подошедшему нарциссу, в ту же секунду наткнулась на любопытный взгляд опаловых глаз.
— Мия, — бросила я, вложив в свое имя все безразличие к напыщенному петуху напротив. Хотелось, чтобы эта самодовольная улыбка немедленно исчезла с его лица, но нет — она стала только шире.