— Чего ты улыбаешься? Лучше бы научил меня, как этим пользоваться, — закатила я глаза.
— Так там же нечего показывать. Берешь и стреляешь.
— Ну, Коул, — захныкала я.
Я хотела снова обернуться, но почувствовала, как его руки легли поверх моих, тем самым я оказалась зажатой между его предплечьями. Мы вместе направили пистолет на «мишень», и я закрыла один глаз, целясь в самую маленькую из бутылок. Мы вместе нажали на курок, за которым раздался оглушающий выстрел.
Выстрел, за которым последовали разлетающиеся осколки.
— Мы попали в цель! — Закричала я. — Ты видел? Мы попали. — Повернув голову, я увидела улыбающиеся кофейные глаза с такими большими зрачками, что я могла смотреться в них вместо зеркала.
— Теперь попробуй сама. — Предложил мне Коул и оставил поцелуй на макушке.
Я вытянула руки, целясь в ту же бутылку, которой промахнулась. Прищурила глаза, представляя себя крутой мафиози, и, нажав на курок…
…не попала в цель.
Черт.
— Снова мимо. Ну, она же очень близко, блин. — Начала я жаловаться, обернувшись к парню.
— Не нервничай. Сейчас все получится.
— Я очень нервничаю. Ненавижу, когда у меня не получается.
— Знаю, малыш. — Нежно шепнул парень над моим ухом, и я почувствовала, как он положил свои руки мне на талию. — Давай вместе.
Он притянул меня ближе к себе, положив одну руку на мой живот так, что спиной я чувствовала его точенный торс даже через слои одежды.
— Вытяни руки, но не напрягай. — Я выдохнула, делая все, как он говорил. — И не зажмуривай глаз, смотри обоими, расположив пистолет между глазами.
Мы прицелились. Выстрел — цель. Направили оружие на другую бутылку и снова попали в цель.
— Я все поняла. Дай мне самой попробовать.
Так. Вытянула руки. Немного расслабила их, но кисти устойчивы. Ноги на ширине плеч. Оба глаза открыты. Все сделала. Если не будет цели, я ухожу.
Я нажала на курок. Раздался гулкий выстрел, от которого по телу пробежали мурашки. Осколки разлетелись.
— Я попала! Попала! — Завизжала я и прыгнула в объятия Коула. Он легко подхватил меня на руки, и я подняла голову к небу, любуясь его синевой. — Ты видел? — Спросила я парня, переводя взгляд вниз, к его лицу.
— Видел, — он мягко прикоснулся до моих губ. — А ты быстро учишься.
Я прикоснулась своим лбом к его и мягко произнесла:
— Спасибо тебе, милый. Ты исполнил мою мечту.
Когда Коул поставил меня на ноги, я снова взяла пистолет и прицелилась на оставшиеся бутылки, попадая в одну за другой.
Вот, о чем говорил наш математик, — то, что не дано мне от природы, я беру трудом до тех пор, пока не будет получаться так же, как тем, кому удавалось с рождения.
— Ну, бутылки — это легко. Согласись? — Возразил Коул. — Давай теперь по тарелкам.
С тарелками будет посложнее. Они висят на веревочках, развиваясь на ветру. Я — что — киллер ему тут? Еще бы запускал тарелки в воздух, как на соревнованиях по стрельбе.
— Давай турнир? — Предложила я, сузив глаза в тонкие щелочки. — Там шесть тарелок. Три мне, три — тебе.
Коул подошел ко мне так близко, что стало мало воздуха от испытывающего напряжения между нами, и, забравшись руками под пальто, положил их мне на талию, заставляя мое тело прислониться к его.
— И какой приз?
— А ты что хочешь? — Поинтересовалась я, приближаясь к его губам.
Он тронул своим носом мой и провел большим пальцем по скуле, скользя к губам, подбородку, а после — к шее. Я закрыла глаза, приоткрыв губы в предвкушении поцелуя, но Коул убрал руку так же резко, как и притянул меня к себе, и я ощутила холодный порыв ветра после того, как он сделал шаг назад.
— Когда выиграю, решим.
Я резко распахнула глаза в недоумении и увидела перед собой самодовольного нахала с лукавой улыбкой.
— Приступим. — Отстранилась я и направилась к месту, откуда мы будем стрелять, ни капельки не скрывая обиды, что меня продинамили.