На набережной почти никого не было. Я подошла ближе к бушующему океану и присела, прижав колени к груди. Положив блокнот с заметками справа от себя, я закрыла глаза, подставляя лицо мягким порывам ветра, чувствуя тепло последних лучей солнца, закатывающегося за горизонт.
Когда желто-оранжевый диск скрылся за линией, соединяющей океан и небо, я открыла блокнот и продолжила переносить свои мысли и чувства на бумагу.
Не могу сказать точно, в какой именно момент любовь к книгам перестала быть просто увлечением и стала для меня чем-то большим. Чтение уже не наполняло меня до конца, как раньше. Страницы, одна за другой, будили во мне не только восхищение, но и желание творить. Хотелось не только следовать за чужими историями, но и самой соткать свои — из слов, чувств, теней и света.
Слишком многое в привычных сюжетах стало предсказуемым. Банальные линии, словно повторяющиеся сны, больше не волновали. А в голове вихрем кружились свои живые миры. Они не давали покоя. Шептали: «Создай нас». И как не откликнуться, если ты веришь, что литература — это не просто рассказ, а портал? Это тайный язык, способный затронуть чужую душу, заставить ее отозваться, как струна. Каждая история, словно магия, — иногда нежная, как прикосновение ветра, иногда, резкая, как грозовой раскат. Она может исцелять и разбивать, обнажать и прятать, будить боль и приносить утешение. В этом ее бесконечная сила.
Писать — значит открывать тайные двери. И я только начала их распахивать.
Что-то внутри меня подсказывало, что наша история с Коулом, наши чувства, испытания заслуживают быть в книге. Ведь они доказывают, что истории, как в книгах существуют, что, иногда, даже невозможное возможно, если очень захотеть, что фраза «В жизни книжных мужчин не существует» несправедлива, потому что мой парень — истинный книжный мужчина, который каждый день доказывает это своими поступками и терпением.
Неожиданно нежный поцелуй сзади в шею вырвал меня из воспоминаний о стрельбе в мой день Рождения в этом году. Я резко обернулась, ловя взгляд темно-карих глаз.
— Ты приехал, — я потянулась, обвивая шею Коула руками.
Его руки легли мне на поясницу и притянули ближе к себе так, что я уперлась боков о его пресс. Я положила голову на его плечо, вдыхая аромат горького цитруса и сандала его кожи. Мой любимый.
— Чем занимаешься? — Спросил парень, уткнувшись в мои волосы.
— Тебя жду.
Он отстранился, с легким прищуром заглядывая мне в глаза.
— А еще?
Я поменяла положение, сев на пятки лицом к лицу с ним. Переведя дыхание, я встретилась с внимательным терпеливым взглядом. Он не требовал — просто ждал, когда я буду готова поделиться.
— Я бы хотела написать книгу.
— Книгу? — Он удивленно взглянул на меня.
Я лишь кивнула, пытаясь разглядеть хоть какую-то реакцию на его лице после моих слов. Заметив мои мечущиеся глаза, Коул улыбнулся и взял мое лицо в свои теплые руки.
— Детка, я горжусь тобой, — сказал он, погладив большим пальцем мою скулу.
Я облегченно выдохнула, прикрыв глаза.
— Я восхищаюсь тобой… — Продолжил Коул. — Что ты идешь к своей мечте, — он провел рукой по моим длинным волосам. — Может быть, это пока что в каком-то блокноте или документе под паролем на рабочем столе, но я уверен, что это станет чем-то большим, чем просто тайная мечта.
Я поднялась на колени и, перекинув поочередно каждую ногу через него, оседлала парня и прислонилась своим лбом к его.
— Спасибо, — я поцеловала его в кончик носа. — Это очень важно для меня.
Коул провел руками по моей спине, задерживаясь на талии и спускаясь к бедрам, ближе притягивая к себе. Я опустила взгляд на его смуглые руки, контрастирующие на бледной коже моих ног. Длинные пальцы нежно провели по контуру шорт на стройных бедрах, медленно пролезая под джинсовую ткань.