Он все еще молчал, но плечи дрогнули.
Я сжала руки в кулаки, чтобы не выдать дрожь.
Молчание между нами горело сильнее любого костра.
— То есть, не из-за этого? — Он шагнул в мою сторону, останавливаясь, прислонившись ко мне впритык. — Значит, тебе все равно, если кто-то увидит нас?
Я застыла и через пару секунд опустила взгляд, прикусив нижнюю губу.
— Я… не знаю, — ответила честно. — Прямо сейчас?
Я откинула волосы назад, отводя взгляд.
Коул аккуратно подцепил указательным и средним пальцами мой подбородок, вынуждая взглянуть на него. Я тут же подняла на него глаза, встречаясь с его уставшими глазами. Коул смотрел на меня пристально, с таким выражением, будто искал в моей неуверенности спасение. Хоть какое-то.
— Не знаешь?
Я отвела взгляд, не в силах смотреть ему в глаза.
— Прекрати бояться, черт возьми. Прекрати стараться подходить под чьи-то «правильные» критерии, — прошипел он сквозь стиснутые зубы, теряя терпение. — Ты — это ты. Какой бы ты ни была, с тобой все в порядке. И если кто-то считает иначе, то это – лишь его чертова проблема. Не твоя.
Я смотрела на него, чувствуя, как слезы собирались в уголках, обжигая. Словно стоит поднести к ним горящую спичку, и они воспламенятся огнем.
— Ты должна делать то, что будет приносить удовольствие тебе самой, а не кому-то другому, — прошипел он, усиливая хватку на моем подбородке. Не грубо. Цепко. — Даже если ты сделаешь что-то неправильно, это будет твоя ошибка — твой опыт, черт возьми. Ведь ничего не может быть идеально, и в этом вся прелесть, — он развел руками в стороны от себя. — И только когда ты поймешь это, жить станет намного легче. Когда поймешь, что неправильно отвечать за чужие реакции на твои поступки. Поймешь, что это дело не твоей совести, и ты не несешь ответственности за то, что кто-то утрировал твои слова или расценил твой поступок оскорбительным, когда, на самом деле, ты ничего такого не подразумевала.
— Но ведь сейчас ты сам поступил так… — Едва слышно прошептала я, подняв на него обиженный, измученный взгляд. — Ты обвинил меня в том, что я просто переживала за тебя! Ты обвинил меня из-за собственных страхов! — Закричала я и толкнула его в грудь. — Ты так и не доверился мне. Ты до сих пор ищешь подвох. Ты так и не понял, что мне плевать на твое прошлое. Что я приняла тебя. Всего тебя, Коул. Ты так и не увидел, что я выросла. Что я готова рискнуть
Коул смотрел на меня, не шевелясь. Волна собственного разочарования пробежала по его лицу, и он отвел взгляд в сторону со стиснутыми до скрипа челюстями.
— Потому что я боюсь, что ты передумаешь, — прошептал он в тишину. — Боюсь, что поймешь, что я недостоин тебя.
Его слова точно выбили последние силы из моего тела, потому что я осела на песок, глядя на поднимающиеся шумные волны вдалеке, резко бьющиеся о водную поверхность. Когда Коул опустился рядом, я повернулась к нему, осознав кое-что очень важное для нас.
— Значит, все это время мы притворялись? — Губы начали предательски дрожать от накопившихся эмоций. — Значит, мы так и не переступили через свои страхи? Мы играли? Мы обманывали себя?
Он шумно выдохнул и покачал головой, прикрыв глаза.
— Мия, ничего не было игрой. Я доверяю тебе. Доверяю больше всех на свете. Просто… — Он снова отвернулся, запустив руки в черные волосы.
– Если бы все было так, как ты говоришь, не было бы никаких «просто».
С нижних век упали тяжелые слезы.
Казалось, это никогда не прекратится. Тело передергивало от озноба. В горле образовался горький ком, который невозможно было проглотить.
— Давай расскажем о нас. — Предложил Коул, устремив на меня взгляд, полный какой-то наивной детской надежды.
— Какой смысл идти на войну с тем, что и так неустойчиво? — Нахмурилась я, соединив брови на переносице. — Коул, у нас не получается, ты не видишь? Пора признать очевидное и покончить со всем этим, пока мы не разрушили друг друга собственными демонами.
Даже если это разрывает мне сердце.
— Почему ты не хочешь просто попробовать?
— Потому что мы пробовали, — безразлично ответила я, смирившаяся с безвыходностью ситуации. — Мы пробовали дважды, и, как видишь, вернулись к тому, от чего бежали.