— Там что-то сверху, — выдохнул Валера. — Тяжёлое. Может, балки после обрушения. Или…
Он замолчал, не договорив.
«Или кто-то там».
Эта мысль повисла в воздухе между ними, холодная, липкая, как туман за дверью.
Надя снова упёрлась ладонями в крышку, отчаянно нажимая.
— Давай вместе, — сказала она. — На счёт три. Раз… два… три!
Они толкнули одновременно. Крышка дрогнула — едва заметно, словно кто-то сверху на секунду сдвинул ногу, а потом снова навалился всем весом. Что-то тяжёлое с глухим скрипом перекатилось по доскам.
Надежда отпрянула, сжала рот ладонью.
— Ты это слышал?
— Да, — тихо ответил Валера. Его глаза стали тёмными, напряжёнными. — Там кто-то есть. Или… что-то.
Внизу стало особенно тихо. Даже капли, падавшие с перекладины, будто перестали звучать. Только дыхание двоих людей, загнанных в ловушку, заполняли тесное пространство.
Надя прижалась к Валере, чувствуя, как его сердце колотится в унисон с её собственным.
— Что нам теперь делать?.. — прошептала она.
Он посмотрел в сторону стены, где слабый свет пробивался через узкую щель между досками подпола.
— Если не выйдет через люк… попробуем найти другой выход. — Его голос был тихим, но решительным. — Я не собираюсь здесь умирать.
Валерий опёрся рукой о стену — доски под ладонью были влажные, холодные, будто дышали подземной сыростью. Мир вдруг поплыл перед глазами, потолок дрогнул и будто покачнулся. Он зажмурился, но это не помогло — тьма перед глазами лишь закружилась сильнее.
— Валера! — вскрикнула Надя, заметив, как он пошатнулся. Она успела подхватить его под плечи, когда он почти рухнул на пол. — Эй, держись, слышишь?
Он тяжело дышал, губы побледнели, лоб покрылся холодным потом.
— Голова… — прошептал он, словно сквозь сон. — Всё кружится…
Надя быстро опустила его на старую, пыльную подушку, что валялась в углу, подложила под голову свой свитер. Её руки дрожали, но она старалась не показывать паники.
Только бы не потерял сознание… Господи, пожалуйста, только бы не сейчас.
Она осмотрела его руку — перевязка пропиталась кровью, кожа вокруг раны стала красной и опухшей.
— Она горячая, — прошептала она. — Сильно горячая.
Валера попытался улыбнуться, но получилось лишь болезненно скривить губы.
— Ничего… просто немного… слабость. Пройдёт.
— Замолчи, — резко сказала Надя, чувствуя, как ком подступает к горлу. — Не говори так, слышишь? Мы выберемся. Просто… нужно подождать.
Он закрыл глаза, дыхание стало прерывистым.
— Если бы не ты… я бы давно сдался, — прошептал он.
Надя опустилась рядом, обняла его за плечи, прижимая к себе.
— Не смей даже думать так, — её голос дрожал. — Ты слышишь меня, Валера? Не смей.
Он не ответил. Лишь слабо сжал её пальцы — знак, что слышит.
С каждой минутой воздух в подполье становился тяжелее. Надя чувствовала, как сердце бьётся в висках, а тревога медленно сжимает грудь.
Если температура не спадёт, он не выдержит… нужно что-то придумать. Нужно.
Она посмотрела на крышку люка, вспоминая тот звук сверху — тяжёлый, глухой, будто кто-то ходил по доскам.
Но что, если это «что-то» всё ещё там?…
Надя глубоко вдохнула, стараясь не дать панике прорваться наружу.
— Держись, любимый… — прошептала она. — Я что-нибудь придумаю. Обещаю.
Надежда осторожно коснулась его лба — и в ту же секунду её сердце сжалось. Кожа Валеры была обжигающе горячей, будто внутри него разгорался пожар.
— Господи… — прошептала она, отдёргивая руку. — У тебя жар… сильный.
Он что-то невнятно пробормотал, не открывая глаз. Лоб блестел от пота, дыхание стало тяжёлым, будто ему приходилось вытаскивать воздух в грудь через невидимую стену.
Надя присела ближе, коснулась его щеки, потом снова лба — надеясь, что ошиблась, что это просто показалось. Но нет. Температура росла.
«Нет, нет, нет… только не это. Мы же выбрались, хоть и ненадолго. Неужели теперь потеряю его вот так — в темноте, под землёй?»
— Валера, — позвала она чуть громче, дрожащим голосом. — Эй, слышишь меня? Посмотри на меня, пожалуйста.
Он с трудом открыл глаза, мутным взглядом посмотрел на жену.
— Холодно… — прошептал он, хотя тело его пылало.
Надежда встрепенулась, подалась вперёд:
— Холодно? Да ты горишь весь!
Она сняла с себя куртку и накрыла его, потом, не выдержав, снова коснулась его лба — теперь ещё горячее.
«Если не сделать что-то, он может просто сгореть от жара. Что если инфекция?.. Или яд от укуса этих тварей?»