— Прости, я не…, — Филипп глухо сглотнул, — я не знал.
— Не знал? Разве тебе рассказали эту историю как-то иначе? Ах да, я понимаю. Илье же неприятно сознавать, что ему пришлось сбежать из Энска, когда по его следу шли кредиторы. Ведь все имущество, что ему досталось по наследству от отца, он проиграл в карты и пропил со своими дружками, спустил на девок в борделях. Я выкупила все его долги, и теперь он должен мне огромную сумму.
— Да что ты ее слушаешь! — завизжала Эмма. — Она шлюха, моя сестра всю правду сказала.
— Замолчи, — слишком спокойно сказала Дарья. — Тебе никто слово не давал.
Она посмотрела на Филиппа, который стоял перед ней, капли пота выступили на лбу.
— Ты поверил его словам, что я обидела бедную женщину, его матушку, выгнала из родного дома и устроила там бордель. Так? Вижу, что именно так тебе и рассказал. А то, что его мать сама предложила мне выкупить у нее эту усадьбу, а ее отправить к племяннице заграницу, чтобы она смогла уехать подальше от этого позора? Он не сказал тебе, что я дала ей приличную сумму и ежемесячно посылаю ей деньги на ее содержание, достаточно для безбедной жизни? И ты знаешь, что в той усадьбе не бордель, как тебя уверил Илья, а санаторий для женщин, нуждающихся в лечении? И еще тебе, наверное, не рассказали, как сестра этой, — она кивнула на Эмму, — открыто сожительствовала с Ильей, во грехе и считала это правильным. Но я же у них была шлюхой. Потом, когда Илья сбежал, она переметнулась к еще одну их другу Олегу Карпову, который тоже приложил руку к моему уничтожению, также жила с ним, как грешная женщина, даже забеременела от него. Но, встретив более достойного для себя мужа, то есть богатого, поспешила сделать аборт и ушла к новому мужчине. Горожане должны помнить тот скандал, который произошел семь лет назад на Новогоднем балу. Ведь так? — она обратилась к собравшимся возле них.
По залу прошел гул голосов. Многие это помнили, кивали головами.
— И вот после всего вы решили, что это я виновата во всех ваших подлостях? Вы решили добить меня окончательно? Даже Елизавета вернулась домой, чтобы отомстить мне. Это ведь я начала первой, по ее мнению. И сломала ее жизнь, убила ее родителей? И теперь она сидит в доме своего отца, боясь выйти на улицу, посылая к тебе свою сестрицу, которая тоже сожительствовала как минимум с тремя мужчинами и была на содержании одного женатого, — Дарья бросила выразительный взгляд на Краснобаева, который сначала побледнел, потом покраснел. — Ведь для того Илья, который вот уже полгода прячется в доме Варенниковых, и за которым сейчас приедут приставы, чтобы отвезти в долговую тюрьму, чтобы уничтожить меня, прибежал к тебе и предложил разыграть комедию под названием «влюбить Дарью, а потом публично посмеяться над наивной дурочкой, чтобы раздавить ее окончательно». И в этом вам решил помочь наш дорогой городской голова, который тоже является вашим родственником. На так ли?
Гаврила Егорович стоял бледный и потный, глотая ртом воздух, а его жена стояла рядом и была готова бросится на мужа с кулаками.
— Даша, послушай, дай мне сказать, — наконец Филипп нашел в себе силы хоть что-то сказать. Он и вправду не знал всего этого.
— Нет, Максутин, дай мне договорить, — она подняла руку в останавливающем жесте. — Мне осталось совсем немного. Так вот, ваша комедия удалась, я влюбилась в тебя. Влюбилась впервые в жизни. Впервые после смерти родителей почувствовала себя живой, думала, что и вправду встретила того, с кем готова пойти по жизни, дарить ему любовь, родить ему детей и жить долго и счастливо. Впервые в жизни я поцеловалась с тобой. А с твоей стороны эта была подлая месть, но только не твоя, а вот их. И сегодня ты должен был, услышав мое «Да», заявить при всех, чтобы я не тешила иллюзий по поводу наших отношений, у тебя уже есть любимая невеста, с которой ты скоро заключишь счастливый брак. Ведь так? Но ваша шутка не удалась. Знаешь, я больше всего не люблю предателей, я их уничтожаю.