— «Эрик? Интересно, как он там?» — прижавшись к герцогу, Сирена закрыла глаза.
Кристиан достал из кармана бархатную коробочку и, продолжая обнимать Сирену за плечи, сказал:
— Сейчас я хочу решить одну проблему, которая не терпит отлагательств. Ты ведь так и не ответила на главный вопрос.
Он открыл коробочку перед её глазами, и Сирена замерла. Её сердце сжалось, мысли исчезли. Она перестала дышать, глядя на кольцо. Кристиан не торопил её, но с каждой секундой терял надежду, и она это чувствовала. Осторожно отстранившись от герцога, Сирена отошла к борту корабля и посмотрела в небо.
— Процитируй слова клятвы, — сказала она. — Хочу дать ответ перед Богом.
Сирена демонстративно сняла платок. Кристиан облегчённо выдохнул и подошёл ближе.
— Сирена Уилсон, искренне ли ты желаешь взять в мужья Эдварда Кристиана Де Клера? Будешь ли любить, утешать, чтить и защищать его? Отказавшись от всех других, останешься ли верна ему до конца жизни?
Не дожидаясь ответа, Кристиан надел кольцо на её безымянный палец.
— Искренне, — сказала Сирена, глядя ему в глаза. — Клянусь.
Глава 44 Великий соблазн
Прошло ещё три дня пути к Египту. Кристиан почти не выходил из своего кабинета, проводя там целые дни и, кажется, ночи. Его супруга всё это время оставалась в каюте, почти не появляясь на свежем воздухе. Сирена была погружена в свои мысли о потере матери. Она всё размышляла, как сообщить эту новость своей семье, особенно дедушке, с которым не виделась больше десяти лет. Большую часть времени она сидела в постели, подтянув колени к груди.
Только на шестой день тяжёлые мысли начали отступать, и девушка постепенно возвращалась к реальности. Но тут её охватило осознание, что она уже замужем, а делит постель лишь с одеялом, а не с мужем. Эти мысли навалились на неё, вызывая неприятное чувство где-то в груди и внизу живота. Так она поняла, что скучает. Но не по особой мужской ласке, а по его вниманию.
— "Нет, но это уже слишком! Меня лишили брачной ночи, и даже вдали от Англии я не могу остаться наедине с Тианом!" — Поднявшись с постели, девушка расхаживала по каюте в ночном платье. — "Хорошо, что меня вынесли из церкви на руках, иначе я бы всех убила за нарушение священной церемонии!" — Сирена остановилась перед шкафом. Открыв его, она посмотрела на себя в зеркало на внутренней стороне двери. — "Во мне ничего не изменилось..." — Подняв ночную рубашку, она осмотрела свое тело. Раны больше не кровоточили, но их продолжали перевязывать, чтобы избежать новых повреждений. — "Неужели это причина его отстраненности?" — Резко опустив рубашку, Сирена захлопнула шкаф. Ее внимание привлекло фамильное кольцо. — "Нет, он не стал бы завершать церемонию. Так в чем же причина его отстраненности? Думает, что я должна остаться наедине со своими мыслями?"
Вернувшись к кровати и сев на нее, девушка оперлась руками на края постели. Через несколько минут размышлений в ее голову начали закрадываться коварные мысли о соблазнении герцога. Она хорошо помнила, что муж возвращается, когда она крепко спит, и уходит ранним утром, когда она еще не проснулась. Иногда она видела, как он застегивает запонки на рукавах рубашки. Сирена решила дождаться его. На полках она заметила несколько книг, принадлежавших герцогу. Чтобы не заснуть, она подошла к полке и взяла первую попавшуюся книгу. Приняв в постели самую удобную позу, девушка слегка обнажила правую ногу благодаря вырезу на ночной рубашке и согнула ее в колене. Затем она немного ослабила шнуровку на груди, чтобы рукава слегка обнажили плечи.
Кристиан сидел в своём кабинете, погружённый в работу с документами, которые он взял с собой на корабль. Он лишь догадывался, какой объём бумаг его ждёт по возвращении. Когда с палубы донёсся очередной звон колокола, мужчина понял, что наступила полночь. Сна не было ни в одном глазу, мысли путались, но возвращаться к работе не хотелось. Сердце тянуло его в каюту, где его ждала любимая.
Кристиан часто работал допоздна, потому что его мысли были заняты девушкой, которая затмевала все остальные заботы. Он вспоминал их первый танец, её характер, улыбку, яркие глаза, аромат волос, талию, упругий живот, прикосновения и стоны. Кристиан снова и снова представлял её в самых откровенных образах, которые только мог себе вообразить.
Выйдя из кабинета, мужчина вдохнул свежий воздух, чтобы успокоить мысли и тело. Прохладный ветер помогал ему в этом.
— Ваша светлость, мы приближаемся к египетской границе. Там могут быть османы, — сказал помощник капитана, подходя к герцогу. — Капитан опасается, что нас могут остановить.