— Он был верховным жрецом при фараоне, пока османы не захватили Египет, — задумалась Сирена. — Именно поэтому моя мать пыталась бежать отсюда, а после моего рождения старалась оградить меня от родины. Османская империя начала вводить свои законы и ограничения.
— Сейчас ситуация не лучше, — огляделся Кристиан. — Если твоя семья сможет защитить тебя, останешься с ними. — Он обнял её за спину и мягко подтолкнул к выходу из порта.
— Я скучала по семье, но ты не оставишь меня с ними... — На улице Кристиан взял её за руку.
— Почему? — спросил он, глядя на неё.
— Я обещала сопровождать тебя.
— Это невозможно, — покачал головой Кристиан.
— Возможно, — Сирена остановилась, и он тоже. — Ты это знаешь.
— Мы не знаем, что нас ждёт, — сказал он.
— Если мы узнаем, позволишь мне быть рядом? — Сирена смотрела на него с надеждой. Кристиан впервые увидел это в её глазах. Он молча смотрел на неё, чувствуя, как теряет дар речи.
— Если я буду уверен, что тебе ничего не угрожает, я не отпущу тебя даже на шаг, — сказал Кристиан, нежно сжимая её руки. Девушка наконец улыбнулась, опустив глаза.
В порту Сирена написала короткое послание на египетском языке для семьи и отправила его. Затем они нашли экипаж, чтобы отправиться в Абидос.
По дороге они внимательно смотрели в окна, отмечая особенности внешнего вида местных жителей. Кристиан делал это из любопытства, а Сирена замечала изменения, вызванные влиянием османов, которые ввели свои правила в одежде.
— Мы на границе Каира, — сказала Сирена, осматривая себя. — Кажется, я одета более открыто, чем остальные.
— Османы строго следят за тем, чтобы женщины не показывали свою красоту посторонним, — ответил Кристиан, беря её за руку и целуя её.
— Дело не в ревности, — возразила Сирена, сжимая его руку. — Им запрещает Коран обнажаться перед чужими.
— Откуда ты так хорошо знаешь Коран? — спросил Кристиан с интересом. — Разве ты не уехала из Египта, когда была маленькой?
— Да, но моя мать до последнего дня общалась со своим отцом, — Сирена повернулась к окну, но не отняла руки. — Я слушала его истории перед сном. Когда упросила маму научить меня египетской грамоте, сама общалась с дедушкой и родными, пока... — Она погрустнела, расслабила руку, но Кристиан сжал её сильнее, требуя продолжения. Он мало знал о своей супруге. — Мама стала противиться моему общению с родней, и около десяти лет мы не виделись... — По её тону Кристиан понял, что она волнуется перед встречей.
— Перед нашей свадьбой ты не так переживала, — Кристиан освободил руку и обнял её за талию. — А перед нашей первой ночью и подавно. — Он поцеловал её в лоб. — Не думал, что ты способна на такое...
— К чему ты это?
— Хочу отвлечь тебя от тревог.
— Не такими темами, — Сирена отстранилась, оперлась рукой на дверь и подложила вторую под голову, отвернувшись к окну. Кристиан рассмеялся.
— Ты сама пыталась меня соблазнить на днях, или мне показалось?
— Можно подумать, вам не понравилось, — Сирена сжала колени и платье. Кристиан усмехнулся.
— Кто-то вообще говорил, что ненавидит меня, — он отвернулся к окну и продолжал улыбаться.
— Ещё не поздно возненавидеть вас вновь.
— Не сможешь.
— Почему? — Сирена посмотрела на него.
— Ненависти не было, только симпатия, которая быстро переросла во что-то тёплое и близкое. — Кристиан улыбнулся. — Или я ошибаюсь? — Сирена смутилась. — Я точно знаю, что люблю тебя, несмотря ни на что. И уверен, что это взаимно.
— Иначе я не позволила бы приблизиться ко мне ближе, чем на пять метров. — Девушка улыбнулась, опустив глаза.
Остаток пути они провели в раздумьях. Сирена оживилась, когда они въехали в город её семьи.
Глава 46 Нерастаявшие мечты
Сирена от волнения начала заламывать руки. Кристиан заметил это и с улыбкой перехватил её руку, переплетая свои пальцы с её.
— Почему ты вдруг забеспокоилась? — спросил он, поднося её руку к губам и нежно целуя.
— Я слишком долго не была в Египте... И как мне рассказать им о маме? — внезапно вспомнив последний взгляд матери перед смертью, она закрыла рот рукой, сдерживая слёзы и панику.
— Всё будет хорошо, — Кристиан обнял её за плечи и прижал к себе. Сирена задержала дыхание и зажмурилась, пытаясь справиться с истерикой. — Ты прошла через многое. Мне жаль, что тебе приходится переживать это. Но я клянусь, мы справимся вместе.
Через некоторое время она перестала дрожать и немного успокоилась.
Когда карета остановилась у внушительного особняка, Кристиан вышел первым и помог Сирене выйти.