Она присела перед сыновьями и погладила каждого по голове.
— Матушка, а вы не хотите поиграть с нами в салки? — спросил младший, Эдвард. Герцогиня посмотрела на цветы.
— Нет, милый, — ответила она, глядя на пионы. — Я вышла сюда, чтобы вспомнить старые чувства.
— Какие? — Эдвард приложил пальчик к губам, изображая загадочность. Герцогиня улыбнулась.
— Видите эти темно-оранжевые цветы? — Она указала на пушистые пионы. — В день моей помолвки ваш отец подарил мне семь таких.
Герцогиня посмотрела на сыновей.
— Когда вы вырастете и найдете свою любовь, подарите ей семь цветов. Это будет символом вашей помолвки.
*Настоящее*
Герцог продолжал грезить, любуясь звездным небом и высокой луной. Ночь была глубокой, а он не чувствовал усталости. Но пришло время возвращаться в поместье.
Войдя в свою комнату, Кристиан достал записку и на цыпочках направился к комнате Сирены.
— "Крадусь, как вор в собственном доме, — усмехнулся он. — До чего докатился!" Подойдя к двери, он долго размышлял, зайти или оставить цветы под дверью, но, вспомнив о любопытных слугах, решил осторожно открыть дверь и заглянуть внутрь. В темноте было сложно ориентироваться, но как только он вошел и закрыл дверь, лунный свет залил комнату. Кристиан тихо подошел к женской постели и положил букет с запиской рядом. Аромат пионов наполнил комнату. Он хотел уйти, но передумал и остался. Присев на край постели, он посмотрел на спящую девушку. Она лежала на спине, повернув голову в его сторону.
— Я знаю, что не должен так делать, и надеюсь, ты простишь меня, — прошептал Кристиан, беря её руку в свою и целуя пальцы. Он хотел её отпустить, но девушка резко сжала его руку, нахмурилась и отвернула лицо.
— Мгх... — простонала Сирена, повернувшись к мужчине. Выражение её лица не изменилось. — Пожалуйста... Нет...
Кристиан наклонился ближе, едва слышно прошептав её имя.
— Помоги... Ти...ан... — глаза мужчины расширились. Он выпрямился в постели.
— Сирена, тебе снится кошмар, — прошептал он, осторожно коснувшись её волос. — Всё хорошо, я здесь.
Девушка почти сразу успокоилась, расслабив руку, и её лицо вернулось к обычному выражению.
Кристиан некоторое время посидел рядом с ней, а затем ушел к себе.
Сирена не могла уснуть всю ночь из-за тревожных снов. Она часто просыпалась, и однажды, вынырнув из тяжелого сна, едва не заплакала, прося о помощи. Но тихий мужской голос успокоил её, и она снова заснула.
Когда на улице рассвело, Сирена всё ещё спала под теплым одеялом, пытаясь проснуться. Это был первый раз, когда она не выспалась. Лучи солнца пробились в окно, и она отвернулась, зажмурившись. Но под рукой почувствовала что-то холодное и приятный цветочный аромат. Сон мгновенно пропал. Сирена открыла глаза и увидела перед собой большие бутоны пионов. Она привстала, не веря своим глазам, и стала рассматривать букет. В нём лежала записка. Сев в постели, она взяла её и начала читать вслух.
- "Мы не можем не любить друг друга. Наши души уже обручены, и наши жизни должны объединиться. Вот моя рука — она твоя. Моя клятва крепче времени и обстоятельств. В моменты грусти я думал, что мои мечты никогда не сбудутся. Где найти ту, о ком болит душа? Такие создания — выдумка поэтов, а не реальность. Но вдруг ты появилась, словно распустившийся пион, более прекрасный, чем самая смелая фантазия. Ты — мой ангел, и я люблю тебя!" - Девушка опустила письмо дрожащими руками и снова посмотрела на букет. Она медленно пересчитала цветы: один, два, три... Семь. Это был подарок в честь их обручения. Сирена прижала правую руку к сердцу, которое бешено колотилось. - Он так отчаянно пытался что-то доказать, а я не могу ответить взаимностью. - По её щеке скатилась слеза. Сирена удивилась, вытерла её и задумалась. Почему она плачет? В этот момент в комнату постучали. Графиня поспешно вытерла следы своей грусти и только тогда позволила войти.
- Доброе утро, миледи, — вошли две служанки. — Как вам спалось?
— Не очень, если честно, — девушка встала с кровати. К ней подошла Изольда с чайным платьем персикового цвета.
— На новом месте так бывает, — Сина помогла графине снять ночную сорочку, а Изольда быстро надела на неё чайное платье и затянула шнурки. Молодая служанка направилась заправлять постель и заметила букет цветов.
— Изольда, я за вазой для цветов, — старшая служанка кивнула.
— Не знаете, кто мог его подложить? — спросила Сирена, сев за туалетный столик.
— Нет, миледи, все служанки были заняты с утра.
— Может, кто-то из других слуг? — Изольда только охнула.
— Мужчинам нельзя входить в комнату к спящей девушке, особенно слугам! — Сирена замолчала, задумавшись, пока Изольда расчесывала её волосы и укладывала их в прическу. Затем служанка начала надевать на неё драгоценности. Сирена ахнула, узнав среди них бриллиантовую подвеску. Именно её Изольда хотела надеть, но девушка отпрянула, и служанка остановилась.