Максим слишком ценил спокойствие любимой и отчего-то считал, что сможет выдержать подобное давление. Да и Ира одобрила подобное решение. Но он не смог вытерпеть сильнейший прессинг. Проблемы увеличивались в геометрической прогрессии. Колчин оказался недостаточно сильным. Воли дала трещину. И он изменил Лере. Макс и сам не понял, как это произошло.
В тот вечер ему пришлось задержаться в офисе. Накопилось много работы. После прокола с заключением договора с новым поставщиком, начальство Максима не жалело. Колчин не жаловался, потому что понимал — ему повезло, что не уволили. И работал. Пахал.
Ира тоже задержалась, решила помочь, а дальше...
Он плохо помнил дальнейшее. Вспышка страсти. Желание почувствовать себя живым, желанным. Помутнение рассудка. Безрассудство. Неуправляемое сумасшествие. Полная потеря контроля над инстинктами.
Они занялись сексом прямо на рабочем столе. Всё было очень остро, ярко. До тех пор пока рассудок не вернулся к нему...
Бездумный взрыв похоти, который после себя оставил только непонимание и чувство отвращения.
К себе.
Он никогда не относил себя к мужчинам, легко меняющим женщин. Внешность, пожалуй, позволяла ему поступать так, но подобное поведение не было ему свойственно. За десять лет совместной жизни Максим ни разу не изменил Лере. Подобная верность у друзей вызывала лишь снисходительные ухмылки. Сам же Колчин просто игнорировал их ехидные замечания.
В принципе, возможности для измены имелись. И не раз. Но Колчин попросту брезговал другими женщинами. Странная родинка или небольшой прыщ на теле потенциальной любовницы полностью гасили любые потуги сходить налево. Зачем трахать кого-то на стороне, если дома тебя ждет красивая жена, которую любишь. С его стороны такой подход являлся скорее здоровым прагматизмом, нежели чем-то еще.
Именно поэтому сам факт того, что он переспал с Ирой, вызывал недоумение. Полнейшее замешательство. Не задумываясь о защите, Макс взял её. На рабочем месте. Без эмоций и чувств. Просто трахнул. Забыв о том, что его дома ждет Валерия.
Чувство вины перед женой ухудшило еще то, что измена произошла в годовщину их первой встречи. Макс напрочь забыл об этой дате. Все годы он ни разу не забывал об этом дне. Но в этот год непрекращающиеся проблемы просто затмили все остальное. Пытаясь отвоевать благосклонность начальства, Колчин в определенный момент начал жертвовать личным временем и удобством.
Собственно, он иногда специально оставался в офисе подольше. Не хотел идти домой и в который раз случать медицинскую лекцию о методах зачатия. Лера слишком помешалась на этой идее. К ним в гости перестали приходить в друзья, родственники, потому что в их доме поселилась мрачная напряженность, давившая на всех без исключения.
Максим хотел детей, но не делал их появление первостепенной задачей. В запасе ещё имелось время. Даже если им всё же не удастся произвести на свет маленького Колчина, он не воспримет подобный исход непреодолимой катастрофой. В детских домах живут множество деток, мечтающих о семье. Всегда можно усыновить одного. Или двух. Максим давно бы это сделал, если бы не болезненная реакция Валерии.
Врачи толком не могли сказать, в чем заключалась проблема. И Максим, и Валерия были абсолютно здоровы и полностью совместимы. И тем не менее, единственная попытка искусственного зачатия обернулась выкидышем на раннем сроке беременности. Не смотря на усилия врачей, они не смогли произвести на свет этого ребенка.
Жена побывала у нескольких ведьм и экстрасенсов. Все без толку. Ответ один: молитесь и ждите.
Вот только Лера не желала ждать. Начинала злиться и не прекращала упрямых попыток забеременеть. Порой доводила ситуацию до взрывоопасной.
Валерия даже поругалась со своей лучшей подругой Оксаной. Ксюха в мягкой форме заметила, что Лера помешалась на идее деторождения. И что с этим нужно что-то делать. Лерка вот уже девять месяцев не разговаривала с ней. А ведь с Оксаной она дружила с самых пеленок. Подруги многое вместе пережили, но одержимость Леры не смогли преодолеть.
Максим иногда подумывал о том, чтобы обратиться к семейному психологу, но дальше обдумывания дело не заходило. Он просто знал, что Лера опять обвинит его в том, что он её не понимает.