– Ой, твоя правда, Лиз! – всплеснула руками восседавшая «рыжая», чуть полноватая и от того приметная старушка. – А ты какой смотришь?
– Да какой покажут, Тонь! – усмехнулась ей в ответ «невидимка» и зашлась заливистым смехом.
– Да это понятно, Лизавет, а канал-то какой?
– Ой, да у меня пульт сломался — я всё одно один канал смотрю, целыми днями на нём. А уж какой там… да на всех одно и то же, какая разница?
– Ой, твоя правда, Лиз! Катьк, а Катьк! А ты не смотришь?
– Нет, Антонин, не до того мне. Я ж всё с внуком, целыми днями с ним. Со школы только заберу — уж в музыкальную вести пора. И на что им эта скрипка? Ой, пускай их. Я вот боюсь, кабы холодильник не потёк! А то старый ведь уже, годов сорок ему. Простоит ли весь день-то?
– Ой, твоя правда, Катьк! – запричитала дама со скамьи, уступая место третьей, Кате, и понаблюдав, как та усаживается рядом с бабушкой… Лизой? Я в них запутался уже. – Но холодильник — это ещё ладно. А вот представь, что сейчас кто-нибудь в лифте сидит, а?! Вот страсти-то где!
Поняв, что это мой звёздный час и момента лучше мне не сыскать, я решился встрять в разговор:
– Так там и сидят. Ж…
– Мужчина, не шутите так! – перебив меня, строго велела мне тётка, пришедшая последней и умостившаяся на лавку третьей, меж двух других и тем самым начисто спутавшая мне карты. Вот как теперь понять, кто из них Лиза, а кто Антонина? А Катя же ещё была, да? – Вы вообще кто такой, откуда?
– Местный. Из сто двадцать шестой мы, только въехали. И я не шучу! В лифте мои жена и две дочки. Дамы, а вы не подскажете телефончик, куда бы мне позвонить? Очень, знаете ли, позвонить хочется почему-то, хоть кому-то… и при том даже не знаю, кому. Как быть?
Вокруг тут же началась кутерьма: все старушки и тётки засуетились, развив кипучую деятельность… да что там — целую спасательную операцию! Кого-то позвали, куда-то сбегали, нашли три телефона каких-то контор, в которые мне нужно срочно звонить самому, а они за кем-то послали одного, другого кого-то ждут,… я полностью потерялся во всём этом сумбуре. Только кивал и покорно выполнял указания.
Когда Кира выбралась… впрочем, даже малютки-дочки были готовы убивать. Больше всех досталось лифтёрам, вызволявшим их. От Киры, в основном, но дочки тоже открыли в себе эту женскую сверхспособнрсть — смотреть матом. Горжусь ими! Лишь бы не на меня, мне супруги с этим хватает. Впрочем, у неё и научились, хомячки насупившиеся.
Ну а уж когда через две минуты после освобождения пленниц свет дали, оооо… н-да. «И живые позавидовали мёртвым». Таких воплей в этом доме ещё не слышали. Хотя странно — взрослые мужики, а так визжат от вида хрупкой девушки!
С другой стороны, там и я о разводе с ней успел задуматься, едва её взгляд увидев. И о том, успею ли десантироваться с балкона чёрного хода, пока она будет занята лифтёрами. Этаж девятый, должно хватить. Нет, не успею. С меня начнёт.
Ну а вечером, когда страсти улеглись, мы решили прогуляться в магазин всем семейством. Доводы и попытки избежать этой участи у меня не сработали, пришлось идти. Пешком, лифтам мы сегодня не доверяем.
Эх, а раньше второй этаж без лифта был, а я не ценил. А теперь вот семнадцатый,… и так сразу на второй поменяться захотелось! Ну на третий хотя бы. Хорошо там папе с сестрой. Надо им сказать, что б хоть они ценили.
Вернувшись, мы опять не смогли попасть в дом, но по совершенно иным причинам: все подъездные бабушки принялись с нами знакомиться, не позволяя пройти в подъезд.
Глава 6 - Дружные соседи
Надо же, уже месяц с переезда прошёл? А вроде вчера только коробки собирали. А с другой стороны — целый месяц, а разобрать мы их так и не удосужились, почти всё прямо из мешков-коробок дёргаем сугубо по необходимости (а я так порой и пихаю назад — что бы знать, где найти).
Зато с соседями подружиться успели.
Кира отлично сошлась с несколькими старушками и тётушками разных возрастов, сдружилась прям. Сплетничает понемногу, меняется с ними рецептами и набирается опыта поколений в воспитании детей.
«Старые ведьмы» (так я любя окрестил этот кружок по интересам, с интересом до всех и каждого) при этом усердно делают вид, что они — не склочные мегеры, а оплот культуры и быта дома! При том перемывают кости всему дому до зеркального блеска уже к обеду, а потом десантируются на лавки у подъездов и жадно клацают жвалами в ожидании свежей порции слухов, появляющейся под конец рабочего дня, вместе с возвращающимися жильцами. Идиллия, етить!
Впрочем, я тоже нашёл тут себе пару ребят, «друзей по интересам». Правда жена (с подачи бабушек, наверняка) ласково величает их «собутыльники», и никак иначе. Хотя технически — я с ними не пил.