Решив больше не нервировать ни его, ни себя, я выпалила:
— Я переезжаю к тебе, Ерохин. Можешь радоваться. Или смеряйся.
Дан взглянул на меня недоверчиво.
— Серьезно?
— На все сто, — подтвердила я.
— Так это же отлично, — все еще с недоверием и опаской.
— Ты уверен? — я продолжала веселиться.
— Конечно.
Дан усадил меня себе на колени. Его голос, наконец, обрел краски радости.
— Определенно за это нужно выпить, — проговорил Ерохин и стукнул своим бокалом о мой.
Мы пригубили шампанского, и Дан тут же начал окрыленно уточнять:
— И каждый вечер меня теперь будет встречать нарядная красотка?
— Не обещаю нарядную красотку, но я буду.
— И ужин? Будешь готовить ужин?
— Это обязательно?
Нет, я бы могла, конечно, каждый день вот так мчаться домой и устраивать вечерний праздник, но… все же это хлопотно. Обычно мы вместе что-то готовили, когда ехали к нему после работы. Не заморачиваясь с высокой кухней каждый день, Даня вполне был счастлив поужинать простой едой, без изысков. Тушеные овощи и мясо или курица. Теперь я должна это делать? Эх…
— Нет, — развеял мои опасения о рабстве у плиты Дан, — Мне хватит и тебя. Здесь. Каждый день. Я буду ужинать тобой.
Сразу из вредности захотелось готовить каждый вечер.
— Помешанный, — поддразнила я, но глаза так и закатывались от удовольствия ощущать его поцелуи на шее.
Что и говорить, я была одержима не меньше, чем он. Дан всегда умел разжечь мое пламя, а я не была против, если он хотел томно тлеть.
Между поцелуями и ласками мы умудрялись кормить друг друга, превращая ужин в прелюдию.
— Я думал, ты никогда не прекратишь упрямиться, — тихо говорил Дан, закладывая мне в рот кусочек рыбы.
— Я перестала как раз, когда ты утратил надежду.
— Лен, это безобразие просто. Ты смерти моей хочешь?
— Просто люблю тебя удивлять.
— Удиви меня, смени машину.
Я раздраженно выдохнула. Ну сколько можно?
— Ты слишком много хочешь в один день, — ответила я слизывая с уголка его губ капельку соуса.
— Признаться, да. У меня тоже есть сюрприз. Хотел дождаться выходных, но…
— Но?
После напоминания о машине я была готова, что Дан вручит мне ключи от нового авто прямо сейчас. Он угрожал этим пару раз, но я надеялась, что до дела не дойдет.
— Закрой глаза.
— И не подумаю.
— Пожалуйста.
Его язык прочертил влажную дорожку от ключицы до уха, и я зажмурилась от удовольствия. Просьба была удовлетворена.
— Не открывай, — попросил он, лаская губами кожу за ухом, покусывая мочку.
— Не останавливайся, — попросила я в ответ, все еще держа глаза закрытыми.
Я чувствовала, как он ерзает, что-то достает, потом раздался глухой щелчок, тихий звон.
— Ерохин, если это ключи от машины, то будешь спать на диване.
Он засмеялся, и я почувствовала, как мне на палец скользнул холодный метал. На тот самый палец.
О, Господи.
— Господи, — повторила я вслух, распахивая глаза, и поднимая руку. Мне подмигнул яркий сапфир.
— Выходи за меня, — проговорил Дан, улыбаясь той самой потрясающе наглой и очаровательной улыбкой, которая сжигала на мне белье и делала безвольной, на все согласной, куклой.
— Я… Мне… Я…
— Да, — посмеивался Дан, — Просто скажи да, Лен.
— Да, — тут же кивнула я, зачарованная им.
— Да? Точно, да?
И тут уже почувствовала, как за шоком наваливается огромная тяжелая и беспощадная волна счастья. Она грозила раздавить меня, задушить и заставить плакать. Сквозь слезы, всхлипы и истеричный смех, я прозаикалась:
— Т-точно, да. Я выйд-ду.
— Ммалыш, — ласково прошептал Дан и закрыл мне рот поцелуем.
Я отвечала ему, продолжая плакать и смеяться одновременно. Даня уговаривал успокоиться, и я старалась, но не могла. Был только один способ, чтобы унять эту истерику и направить мои эмоции в правильное русло. Дан быстро понял, как нужно действовать. Через минуту я уже сидела на столе, и он раздвигал мои ноги, зацеловывал, стягивал платье. Ух, давно мы этого не делали тут. Все больше в душе и спальне. Стареем? Хах! Вряд ли.
Ближе к ночи после кухонного урагана, совместного горячего душа который окончательно меня успокоил, почти усыпил, мы лежали в кровати. Дан словно лениво гладил меня, чуть подразнивая чувствительные места. Я знала, чем это закончится, и мое тело уже начинало соответственно реагировать.
— Лен, — позвал Дан.
— Ммм, — отозвалась я сонно.
— Давай после свадьбы подумаем всерьез о ребенке.