Он поймал ее у выхода.
– Ну папка! – она доверчиво откинула голову ему на плечо. – Мне идти надо! Очень-очень! Сосед на игру позвал, как не идти?
– Иди! – улыбаясь, разрешил Цайпань. – Не увлекайся только! С обеспечительной карточки не играй! Опасно это!
– Не буду. Мы на шутки играем. Там мужчины собираются с нашей аллеи, настоящие мужчины. Только им скучно. Вот меня и зовут. Играем, говорим. Они много интересного рассказывают, чего нигде не услышишь, даже что тайна – рассказывают охотно! А я за это им иногда проигрываю – и расплачиваюсь честно! Потому они никого не приглашают играть, только меня! Ну, я побежала?
Он проводил взглядом ее легкую фигурку, не переставая улыбаться. Ну как не отпустить такую умницу на курорт? Уже и с сыновьями хозяина морского концерна подружилась, и с соседями прекрасно ладит, как не отпустить? Высоко взлетит дочка, выше, чем сам Цайпань! А курорт… ну, дорогой. Так поисковые комплекты, наверно, еще дороже. Половину главный полицай себе забрал, но остальное можно правильно распределить, так распределить, чтоб на обеспечительную карточку дождем закапало!
Цайпань еще посмотрел сетевой конкурс на выживание. Он любил его смотреть. Вот где ясно видно, что для достижения цели ни перед чем нельзя останавливаться! Выигрывает тот, кто готов на все! Предать друга, лечь под врага, поклониться лицом в грязь и ударить в спину благодетеля – в общем, на все! Вот и Цайпань – готов на все. Потому и живет в предгорьях, на очень важной аллее, рядом с самим главным полицаем округа плавней живет! А кто верит в учение Руфеса о вселенской справедливости – тот не в предгорьях живет, а в плавнях. Хотя какая в плавнях жизнь? Так, гниение отбросов, не более.
Потом, довольный собой и дочкой, Цайпань отправился спать. Даже слуг на этот раз ругать не стал. Двинул по загривку, кто под руку попался, чтоб старались лоботомники, и все.
А утром его встретил у узорной ограды составитель докладов. Хоть и жил лоботомник на две аллеи ниже, а прибежал поутру, не поленился. Видно, произошло что-то! Цайпань прошел мимо него с недовольным видом, даже не посмотрел. Раскрыл колымажку, посидел, подождал, пока седалище приспособится к нему, и только потом нехотя спросил, что там у них.
– Нюйка-референт много на себя берет! – торопливо доложил составитель докладов, просунувшись от усердия за ветровой щит. – Раскомандовалась, как главный полицай раскомандовалась! Внутреннюю сеть штаба округа на себя замкнула, никому наружу выйти не дает! Силовой полиции приказы шлет, кого хватать, кого не пускать!
– Тебя, что ли, в штаб не пустили? – лениво спросил Цайпань.
Составитель докладов смущенно отвел пальцы. И губы жалобно надул. Цайпань посмотрел: ничего, красивые такие губы. Да и сам составитель ничего, юн и строен. И явно готов на все, чтоб подняться повыше. Тоже, наверно, сетевые конкурсы смотрит. Цайпань вздохнул и отвел взгляд. К сожалению, он не был любителем мальчиков, и иногда это мешало получать заслуженные удовольствия, вот как сейчас.
– А еще госпожа референт поисковые комплекты инженерам в разведгруппы передала! – прошептал составитель докладов. – Своей властью передала, так и сказала, мол, не докладывать Цайпаню, Цайпань не нужен!
– Что?! – мгновенно озверел Цайпань. – В колымажку, быстро-быстро!
– Так и сказала: Цайпань не нужен! – хихикнул составитель докладов, проворно втягиваясь в комфортное нутро. – Еще сказала…
– Я ее задом кверху положу! – яростно пообещал Цайпань. – Лоботомница!
Мощная машина рявкнула летательными движителями и понеслась к штабу. Цайпань вцепился в рули, представляя, как он ворвется в штаб и положит наглую нюйку задом кверху. На виду у всех! Лоботомница. На команду самого распределяльщика всех средств континента зубки оскалила? Надо выбить, чтоб не скалила!
Он свалил машину на площадку перед штабом, не глядя, кто там бегает под катками. Шелкнул дверями колымажки, повелительно приказал составителю докладов бежать следом. Но составитель докладов почему-то не побежал, наоборот, шагнул назад и как бы осел. Цайпань недовольно обернулся – и похолодел. Юное и даже симпатичное тело безвольно валилось на площадку. Мотнулась и стукнулась о твердую поверхность голова. Во лбу у красавца составителя докладов появилась аккуратная дырка, точно посередине. Мастерски стрелял снайпер, не придерешься… Цайпань взвизгнул и метнулся к охранному помещению. Снайпер же! Но снайпер больше не стрелял. Цайпань беспрепятственно домчался до охраны, даже развернулся и дверь за собой задернул, чего сроду не делал. В последний момент, непонятно почему, он посмотрел вверх – и наткнулся на холодный взгляд. Нюйка-референт стояла на отдыхательной площадке кабинета Цайпаня и наблюдала, как начальник удирает под защиту охраны. Одна ее рука вольно расположилась на ограждении, а другая была опущена вниз. И чуточку сдвинута за спину.