В дреме любви краткой
Тайны какой вече?
Страсти какой ветер
Испепелил губы?..
— Это пылал полдень.
Это была жатва.
И не жалел струны
Мастеровой счастья.
***
Если однажды ветер
Губы мои остудит,
Разве убудет песен?
Разве любви убудет?
Разве убудет в веснах
Кипени белопенной?..
Дочь родилась Елена.
Дочь родилась Елена!..
***
Нетленна жизнь,
Нетленны наши речи,
Пока не пулемет стучит
В ночи,
А запевала маленький,
Кузнечик,
По наковальне маленькой стучит.
***
Пулямы ще й саблямы козакы-молодцы
Далы досыть ворогу огню прыкурыты.
Казачья песня
Ворог мой, постой—покури.
Дай хотя бы слово домолвить...
Лучших дней моих янтари
Полевой повиты соломой.
А солома — колых, колых
На ветрах синевы неблизкой.
Птицей, тополем, полем чистым
Бьют по сердцу любви стволы
А все травы шумят вдогон.
Под каким бы высоким кровом
Ни был потчеван, самый кровный
Вам, рассветные, мой поклон.
А все птицы летят, летят
Под застрехи сердца ли, солнца.
Подниму воды из колодца:
Пейте, птицы, и поле, и сад.
Ворог мой, постой—покури.
Я по гроб с этой высью повенчан...
Русь моя, ты и тихая вербность,
И суровый набат зари.
Только сердце — колых, колых.
А все травы шумят вдогон.
А все птицы летят, летят.
Только прах — с четырех сторон.
...У невесты горячи январи.
Ты подумай, ворог мой, покури...
***
А какая она, моя мечта?
Оранжевая?..
Розовая?..
Голубая?..
Я спросил у старого сталевара,
какая у него мечта.
— Красная, — говорит.
Я спросил у агронома,
какая у него мечта.
— Зеленая, — говорит.
Я спросил у знакомого летчика,
какая у него мечта.
— Синяя, — говорит.
У мальчишек, гоняющих мяч,
я попросил немножко мечты.
Насовсем.
Согласно засмеялись:
«Возьмите».
Агроном сказал:
«Бери, парень».
Летчик сказал:
«Дерзай, парень».
Старый сталевар сказал:
«Будь здоров, парень
Бери одну половину —
другая уже сбылась...»
...Есть у меня мечта.
Оранжевая.
Розовая.
Голубая.
МУЖЧИНЫ
В пыли оранжевой
и в грохоте
гудели тяжко голоса,
когда огромные,
как роботы,
они взбирались на леса.
Качались ферм стальные лесенки,
качался папиросный дым.
Они насвистывали песенки,
и было все для них простым.
А у меня бугрилась кладка,
ложились косо кирпичи.
И было мне еще неладно
мужчиной быть среди мужчин.
И неприветливые внешне
они на помощь шли ко мне.
С их грубоватой, строгой нежностью
я был упрямей и сильней.
Завидовал я их уменью
И ровным взмахам мастерка,
и угловатым их движеньям,
и жилистым, большим рукам.
Завидовал широким спинам.
Как сладко я мечтал о том,
что скоро стану сам мужчиной
вот в этом грохоте густом.
***
Еще темны, что мамонты,
Дома стоят.
И мамонтами краны
Спят, не скрипят.
Молчание резонно —
Мертвы леса.
Но вот — над стройкой сонной
Смех, голоса.
Шагают крановщицы,
Задиристо-горды.
Легко девчонкам дышится
В утрах седых.
Легко девчонкам движется —
Хрустят ледком.
К работе время движется
Ладком, ладком...
Вот в синеву уходят,
В сырую темь.
Вот солнышко выводят...
— Да будет день!
БОЙ
Фронтовою командой
Поднимал бригадир:
— Не сгибаться, ребята.
Бой еще впереди.
Это только начало.
Будет стоящий бой.
Нас усталость шатала.
Так шатала, ой-ой!