– Прежде чем ты это увидишь, я хочу тебе кое-что напомнить. То, что ты мне сам говорил. Нельзя нарушать течение чужого мироздания, даже если тебе очень хочется. Тео... Ты должен принять одну вещь, но быть спокоен...
Он уже побледнел, догадываясь об изображениях на фотографиях. То, что ещё пока в отсутствие Максимиллиана Трувэ, казалось всего лишь миражом, отражающим зыбкие видения – всё это сейчас было спрятано под рукой Мэйли. Это был уже не мираж, не призрачное марево из движущихся фигур.
– Что это? – оттягивая страшный момент, он сглотнул.
Девушка убрала руку, превращая стопку из шести фотографий в веер – вот совместное фото, сделанное в кабаре, а это кадры на улицах и под знаменитой Триумфальной Аркой...
– Правда в том, Тео, что ты – на самом деле дракон. И ты не сумасшедший. Я знаю, что это иррационально, но в мире есть вещи, которые мы не можем объяснить... Если ты меня понимаешь, кивни... Но ты не должен этого открывать никому. Твоя ма... Авала права... И почему у тебя не получалось, я думаю, есть объяснение...
Выражение лица Мэйли было полно сочувствия. Она медленно говорила, убеждая и делая паузы в ожидании, что Тео что-нибудь скажет. А он боролся с подступившей тошнотой – от волнения и страха. Последняя нить, поддерживающая полог, до сих пор успешно скрывающий правду от разума, трещала, распадаясь на волокна. Тео с трудом оторвал взгляд от фотографий, и его наконец прорвало.
Мэйли мгновенно соскочила и обогнула стол, за которым они сидели, чтобы прижать к себе плачущего друга:
– Ничего, я тебя понимаю. Ты слишком долгое время боролся с этим. Я бы даже сказала, что ты – герой. Не каждый бы так смог – выжить и не свихнуться на самом деле...
Позже, когда он смог успокоиться и хладнокровно думать, Мэйли посоветовала обратиться за разъяснениями к Авале – почему у Тео все доказательства реальности путешествий исчезали, а у Мэйли получилось?
Дело оказалось в особом плетении портального узла. То, на чём изначально настаивала Авала – на специальных узлах “чистоты” в рисунке “Бесконечности”. Для молодых драконов, а им был Тео, это было обязательное условие – чтобы опьянённые своим даром не нарушали мирового порядка, бессознательно перетаскивая из одного места в другое чужие вещи. Всё, что Тео брал “на память”, именно поэтому возвращалось туда, откуда переместилось вместе с ним. Откровение неприятно поразило, и Тео замолчал, невидящим взглядом рассматривая перед собой стол и парижские фотографии.
– Самолёт через пять часов, Тео, ты ещё не собрался? – о себе напомнил мистер Ю Чанг, найдя их в кабинете.
– Дядя не знает, – шепнула Мэйли и повернулась к родственнику. – Мы уже идём!
Она дала ему время, не приставая с вопросами и советами. Сделала вид, будто уснула в самолёте.
– Кем бы я ни был, я себя нашёл. Моё место в Шаолине, – в конце концов, Тео вынес свой вердикт, когда вечером этого же дня троица спускалась по трапу самолёта. Далеко, за стеклом, стояла Делфина с Джеймсом и детьми, Тео их сразу заметил. – Я построю этот чёртов портал и вернусь. Если Авала не обманула, то хотя бы на один голос в моей голове станет меньше.
– А если у тебя не получится? То есть, я имела в виду, вернуться? – Мэйли мыслила привычными категориями, в которых закону подлости всегда было место. Ответный взгляд парня был красноречив.
[1] inidezia yuhuni – да будет так (алат.)
Глава 22. Последние уроки Авалы
Желанное прощание с Авалой, к сожалению Тео, пришлось отсрочить. Но не совсем ради Делфины, чьё сердце уже было разбито из-за возможного расставания с mi gatito, и которая за три недели не могла наглядеться на приёмного сына.
Ради Максимиллиана, пленника обстоятельств ещё похуже, чем у Тео. Ради Мэйли – и вот этого Тео точно не ожидал!
Точнее, не из-за чувств. Кабы в них было дело, он бы сбежал на край света, лишь бы не смотреть в её влюблённые глаза. Когда до него дошла вся пикантность ситуации, он схватился за голову: одно дело, когда ты фантазируешь и твои фантазии не имеют границ, другое – когда это случается на самом деле. Он не знал, как вымолить прощение, но и здесь Мэйли сделала всё за него:
– Не извиняйся, нам же обоим было хорошо. Зато теперь мы оба опытные, – и она беспечно усмехнулась. – И если ты захочешь, я...