Француз пообещал приехать, но можно было не сомневаться, что Мишель тотчас попробует повторить эксперимент. Иначе как ещё музыка может воздействовать на минералы? Хуже ведь не станет!
На следующий день мистера Эттуэла отпаивали успокоительным от истерического хохота. Смеялся коллекционер так, что чуть не схлопотал инсульт. Разъярённый Паскаль Дюпри утром дозвонился до своего коллеги и пообещал содрать с него заживо его лысый скальп и обшить им ботинки. Глупо было надеяться, но с Мишель и спроса никакого – женщина есть женщина, верит в сказки. После симфонического оркестра, часа два услаждавшего яйцо весом прежде в полторы тысячи фунтов, оно и не подумало колыхнуться, оставшись безучастным. Розыгрыш не особо расстроил Мишель, давно мечтавшую вылупить динозаврика. Но утром возле стойки нашли скорлупу и ни фунта жидкости вокруг – так же, как у мистера Эттуэла. За исключением пожара, французу повезло больше.
В чём заключался фокус мистера Эттуэла, ни француз, ни его любопытная жена, не смогли разгадать. Спустя год Чанг случайно узнал, что, сколько ни пытались Дюпри, тайну из австралийского Скруджа Мак-Дака не вытянули.
Слушатели посмеялись над историей и переключились было на похожие байки с неожиданным финалом, как вдруг неловкий Вилмер спросил:
– А у этого Дюпри не появлялся потом какой-нибудь младенец?
Джейсон поперхнулся, Делфина побагровела, и даже Чанг кашлянул. Но Тео невозмутимо разрешил ситуацию:
– Да успокойтесь вы, Вилмер просто пошутил.
Мэй тонко улыбнулась: провокативная стратегия Фрэнка Фарелли начинала работать. Не составило труда уговорить Вилмера следовать плану “Б” и представлять Тео драконом, вылупившимся из раритета мистера Эттуэла. И Уайт понемногу начинал противоречить своей вере в избранность. Сейчас не вздрогнул, не порозовел от намёка, лишь скривился на шуточку. А Вил – молодец... Улучив мгновение, Мэйли показала ему большой палец.
Остаток уик-енда прошёл спокойно, на провокационные темы больше не говорили. И взрослые отпустили молодёжь по домам отсыпаться, когда Мэйли задремала на лежаке.
*****
Этим же вечером мадам Мишель Дюпри с двумя детьми, мальчиком лет десяти и девочкой лет шести, сидела на скамейке в шапито и наблюдала премьеру под названием “Драконикус”. Основной сюжет рассказывал о маленьком принце и его семье, изгнанной из родной страны драконов жестоким Антимагом. Злых играли люди обычного роста, добрых – цирковая семья лилипутов, среди них тот самый принц-дракон казался самым ловким и симпатичным.
Слуги Антимага то сажали принца в ящик и заковывали в цепи, а он через секунды вдруг появлялся под куполом цирка, на внезапно освещённой качели, и затем ловко перелетал на другую. То показывал виртуозные фигуры на некрупной лошади, скачущей по кругу. То сражался на мечах со злодеями...
В финале добро победило, принц торжествующе поставил свою ножку на поверженного Антимага, и актёры маленького роста после первой волны аплодисментов начали выстраиваться по периметру арены. За ними – высокие циркачи.
– С кем-нибудь хотите сфотографироваться? – Мишель, чтобы удобнее было аплодировать, убрала в сумочку программу представления и бинокль.
Дети дружно хлопали в ладоши вместе со всеми, и Мишель пришлось наклониться, иначе невозможно было услышать то, что говорил сын:
– Хочу сфотографироваться с Арженти!
– И я, и я! – услышала дочь.
Самому красивому коротышке в блестящем серебряном костюме подарили столько цветов, что его голова едва выглядывала из-за них, пока конферансье не догадался взять большую часть.
Мишель была согласна с мнением своих детей, и когда большая часть толпы хлынула к выходу из шапито, женщина повела отпрысков к арене, где оставались актёры. Но когда они подошли, обнаружилось, что принц Арженти сегодня не фотографируется со зрителями.
Обидевшись на “звезду”, Мишель взяла детей за руки и направилась с ними к выходу.
*****
– Спасибо, а что там внутри?
Подарок для Миранды (небольшая коробочка, перевязанная игривой блестящей лентой) стоял перед Тео, рядом с букетом. Делфина принесла их несколько секунд назад с пожеланием хорошо провести вечер.