Девушка отстранилась, вытерла нос краем кофты:
– Болван ты, Теодор Уайт.
– А я не возражаю. Ещё какой! – весело подтвердил Тео, всматриваясь в лицо подруги и пытаясь угадать её эмоции. – Поедешь меня провожать?
Мэйли грустно покачала головой. Лицо её опухло от слёз, но не потеряло своей привлекательности – Мэйли унаследовала от отца европейца большие глаза, белую кожу и чувственные губы, которые сейчас кусала девушка.
– Почему не хочешь? Хватит дуться, Мэй.
– Потому что я влюбилась в тебя и не хочу видеть, как ты уезжаешь.
– Мэй...
– Не надо, Тео! – она отодвинула его руки, пытающиеся дотронуться. – Не надо ничего говорить. Как ты сказал? Нет смысла заводить отношения за два часа до отъезда? Время и расстояние сделают всё за меня. Мне было с тобой интересно, необычно. И я верю, что в Шаолине у тебя всё получится... Уходи, Тео, прощай и удачи! Не надо ничего говорить, я справлюсь!
Он всё-таки привлёк её к себе, вздохнул и поцеловал в макушку. С минуту они стояли так, невинно обнявшись, а затем Мэйли первой разорвала объятия и пошла к двери. Тео хотелось наговорить много приятного, чтобы подсластить неловкую горечь момента, но в горле встал ком, который решительно не собирался рассасываться.
– Пока! Удачного полёта, – слабо улыбнулась на прощание Мэй и закрыла за гостем дверь.
Тео медленно побрёл назад. Как будто мало было суматохи в последние дни. Что в нём такого особенного нашла Мэй? Возможно, то же самое угадала Миранда, или всё же своё дело сыграл фактор отъезда? Тео раздражённо встряхнул головой: не надо думать о бестолковой Миранде. К чёрту её и всех Бевисов вместе взятых!
– Моа, ты здесь? – обратился мысленно к Авале. Та мгновенно откликнулась:
– Да, мой мальчик!
– “Почему люди влюбляются? За что они любят друг друга? Как вы познакомились с отцом, можешь рассказать?
– Конечно, Арженти, если хочешь. С Сальватором мы были знакомы с детства, но только в Академии поняли, как дороги друг другу...
Невидимый плеер звучал в голове Тео, пока он, дойдя до дома и застав там выставленные на улицу чемоданы, не попросил прерваться: во время полёта можно будет поговорить, но сейчас Голос только помешает.
Спасибо друзьям, Тео научился управлять Голосом. Теперь тот без спроса не заговаривал. Выяснилось, что достаточно было рассказать невидимой Авале о неприятностях, которые доставляют её неожиданные реплики. Ментальная мать, разумеется, не хотела, чтобы Арженти считали сумасшедшим и даже сама дала несколько ценных советов по общению с собой. Однажды Тео научится делать то, что Авала назвала “порталом в мир Алатуса”, и сейчас в нём теплилась надежда, что эта штука не увеличит его безумство, а, наоборот, закроет дверь в болезнь, и он окончательно выздоровеет.
[1] 32 дюйма = примерно 80 сантиметров.
[2] 50 фунтов = примерно 22 килограмма.
[3] 11 дюймов = 28 сантиметров.
Глава 11. В Академии драконов
За несколько часов неспешного пути грусть Теобальда-безродного побледнела и начала сменяться радостным предвкушением грядущих приключений. За свои двадцать лет Тео лишь дважды ездил с отцом в Аалам и то будучи ребёнком: когда лошадь ещё могла везти двоих людей, большого и маленького. Со временем, в целях экономии животной силы, Хирам стал ездить в столицу один. До сих пор он так и не решился хотя бы раз отправить старшего сына вместо себя, наслушавшись историй, в которых молодых и здоровых сманивали на службу языкастые ратники-зазывалы. Уж лучше позже, когда младшие дети станут дополнительными руками, как старший.
Вместо того чтобы всем нашить белья, с одобрения мужа Делия накроила два комплекта уезжающему Тео, успела простегать и добавить простенький рисунок по вороту и рукавам рубах – на нарядный не хватило времени. Третья рубашка осталась недоделанной, и Тео успокоил мать: пусть женщины шьют не торопясь, а он наденет готовую, когда вернётся или отпросится на побывку. Плачущая по брату малышка Уна поклялась самолично вышить и разнотравье, и лес, и летящих над ними маленьких драконов. И всё, что закажет Тео.