До конца учебного года дома оставалось три месяца. Через месяц Тео нужно будет отправить письменные задания по учебникам, которые он, признаться, не особо часто открывал. Но о сертификате мечтала мама Делфина, расстраивать её не стоило, и Тео дал себе слово, что с завтрашнего дня возьмётся за книги, лежащие в тумбочке у кровати. С другой стороны, кто в его школе мог похвастаться знанием китайского? Хотя бы на примитивном уровне. Мэйли не в счёт.
Тео едва не подпрыгнул от удачной мысли. Стоило написать мистеру Уивингу предложение – провести культурологический сравнительный анализ общеизвестных образов в мифологии Европы и Азии. Например, почему для китайцев дракон – добрейшее существо, фактически тот самый Алатус, песнь о котором сочинил Тео в детстве, а для европейцев – злой похититель девственниц и враг людей… Мистеру Уивингу наверняка этот опус показался бы интересным.
Поговорить с монахами, учителями, собрать интервью, сделать график… Кажется, отличный вышел бы проект. А если его снабдить фотографиями Шаолиня… Можно даже попросить учителя Вуджоу организовать для монахов экскурсию в Дэнфэн, местный городишко, ради дела не откажет ведь…
За предвкушающими планами он не обратил внимание на то, что дежурные погасили все фонари, кроме одного. В спальне затихло, и Тео незаметно для себя начал засыпать и даже погрузился в лёгкое, безмятежное преддверие глубокого сна.
«Привет, родной. Лучей Алатуса твоей душе. Ты просил тебя разбудить в полночь», – негромко и спокойно сказал голос Авалы, от чего Тео вздрогнул и проснулся.
«Я просил?»
«Прошлой ночью (а это была ночь, ты сказал так, милый) ты попросил меня сделать это. Мы ведь договорились, что твои занятия должны быть системными, иначе ты никогда не вернёшься домой».
Тео хмыкнул весело: ну вот, начинаются фантазии. Как говорится, выбирай из того, что предлагают.
«Чем сегодня займёмся, моа?»
«Ты должен закрепить навык сбора магии и управлять крыльями. В прошлую ночь я чувствовала твой страх и отчаяние».
«Сегодня я хотел бы больше летать, моа».
«Хорошо, мой мальчик. Я тебе помогу. Ты уже один? Рядом нет непосвящённых?»
«Есть, ты же меня разбудила. Я в помещении».
«Усыпи их, призови магию и перемещайся в то место, где мы вчера занимались».
Через несколько минут одинокий мужской силуэт сидел на скале монахов, выделяясь на фоне чёрных гор светлым, мерцающим пятном. Невидимые глазу простого смертного магические нити устремлялись к этому пятну, делая его светлее. И вдруг оно словно вспыхнуло – раскрылись огромные белые крылья, взмахнули, пробуя воздух перепонками. Но вскоре пятно будто потухло. В сумерках, если бы кто пригляделся, на скале разворачивалась серая громадина мышц, крыльев и длинного хвоста, драконьего навигатора.
Дракон раскинул крылья, потоптался на краю, обламывая поросший травой край и сбрасывая вниз камни, оттолкнулся лапами от земной поверхности и нырнул в чернила предгорья, а через мгновения он уже парил над горой Суньшань и двигался на юг – к морю…
… Какое-то время Арженти летел, то преодолевая потоки ветра, то ложась в струю попутного воздушного течения и отдыхая. «Будто затяжной полёт на сёрфе», – думал он и наслаждался скоростью, высотой и овевающим тело ветром. Авала периодически спрашивала, как себя чувствует сын, не устал ли.
– Нет, моа, это самый чудесный сон в моей жизни, – искренне ответил Арженти. И всё же он чувствовал, что его полёт затягивается. Внизу пятнами встречали и исчезали огни городов, а моря всё не было видно. Сможет ли он пролететь тысячу километров?
«Ты находишься в небе, родной. Здесь черпать силу легче. Воспользуйся портальным переходом, если тебе нужно преодолеть большое расстояние».
«Но прошлой ночью я переместился в пустыню с горы Шаолиня. Почему сегодня на крыльях я не могу преодолеть это же расстояние так же быстро?»
«В тебе большая сила, мой мальчик. Однако ты должен помнить: полёт делает человека драконом, а это сложнее, чем использовать магию искривления пространства для перехода. Порталы – путь до желаемой точки, полёт – путь в разные миры. Свобода требует больших усилий».