Тео зевнул и почесал щетинку на подбородке: только вчера побрился, а сегодня уже можно “урожай” из волос собирать:
– Моа, можно, я подумаю об этом завтра?
“О чём ещё хочешь сегодня узнать, мой мальчик?”
Изо рта вырвалось облачко пара: здесь, на горе Суньшань зима точно наступила, в отличие от тёплого Гонконга. Тео не замёрз (Авала научила, как вызывать внутренний огонь), но, честное слово, из-за физической усталости на этот трюк уходило слишком много усилий.
– Сегодня я хотел бы заняться только нахождением чужих порталов, – схитрил он, – но раз это пока мне не под силу, значит, отдохну. И мы продолжим в следующий раз.
Но Авала была учителем, не менее беспощадным, чем господин Вуджоу или Чанг. Из всей реплики Тео она уловила лишь важное для себя, уничижающее её роль наставника, способного заинтересовать наукой.
“Хорошо, мой мальчик, – сказал её мерный голос, – если тебя это интересует, то можно начать с малого – научиться слышать других драконов. Это окажется полезным, если ты окажешься в сложной ситуации в мире Алатуса. И особенно, если тебе удастся попасть к драконам. В первую очередь к тебе обратятся мысленно...”
– Ну, класс! – Тео закатил глаза. – А могу я заниматься этим где-нибудь в более тёплом месте? Например, в своей кровати?
Появилась надежда на то, что ассоциация, связанная с нормальным отдыхом, прервёт сегодняшний нудный сон. К счастью, Авала согласилась на это условие, не забыв напомнить про осторожность и обязательную скрытность.
– Не беспокойся, я вернусь в спальню через уборную, – Тео с облегчением вздохнул, расслабляясь. Прошлой ночью полёты закончились после того как он вернулся в кровать из уборной – сразу провалился в нормальный, здоровый, без чудных видений сон.
Человека успокаивают привычные действия, говорила Мэйли и советовала в случае бессонницы повторять проверенный алгоритм: например, почистить зубы, принять душ, взять книгу в постель, желательно самую скучную, и прочитать несколько страниц. Даже поменять постельное бельё на любимое в случае бессонницы – якобы в этом больше толка, чем от таблеток.
Тео убедился в действенности совета и поэтому уже предвкушал отдых. Вернулся в уборную, несколько мгновений рассматривал стены, пытаясь понять, проснулся уже или продолжает спать, и поплёлся через тёмный коридор в общую спальню, забрался под одеяло и с наслаждением потянулся, зевая.
“Готов? Начинаем!” – бодро сказала в голове Авала.
Тео простонал, накрываясь одеялом: “Исчезни, Авала, хватит. Я устал! На сегодня всё”.
“Урок не усвоен, Арженти. Ты должен довести его до конца”.
Где-то всхрапнул монах, не зная, что своим сопением вызывает у кого-то зависть.
“Давай по-быстрому. Я готов”, – подумал не без раздражения Тео, проклиная кошмары, из-за которых по утрам вставать всё тяжелее, и на всякий случай укладываясь поудобнее, чтобы тело самостоятельно отключило упрямый мозг, транслирующий всякую ерунду.
“Расслабься, родной. Почувствуй магические потоки внутри себя. Алатусы имеют крепкую связь внутри своей семьи, ибо в каждом из нас – частица нашего создателя. Найди эту частицу и приблизься к ней... К ней, словно к Глазу Алатуса, прикованы миры...”
“В смысле, как вокруг Солнца вращаются планеты Солнечной системы?”
“Я не понимаю твоего вопроса, родной. Не мог бы ты его пояснить?”
Чаще всего Авала не понимала реалий. Например, ей сложно было объяснить, что такое автомобиль, самолёт. Каким образом получается пластик из нефти. И многое другое, чего, вероятно, не было в мире Алатуса. Зато она хорошо разбиралась в чувствах, магии и фантазии – всём том, в чём Тео нуждался меньше всего.
Показалось ли ему, он увидел в себе золотую искру, направил на неё внимание и словно ослеп поначалу. От этого “Глаза Алатуса”, как от тела нейрона, в разные стороны шли нейриты, почти все полупрозрачные, невесомые. И один аксон, тянущийся в чёрное пространство мысленного космоса. “Биологию я по крайней мере не забыл”, – ухмыльнулся Тео: – “Что дальше, Авала?”
“Иди за самым ярким лучом, обратись к тому, кто связан с ним, назовись и скажи, что не желаешь дурного и просишь прощения за проникновение в чужие мысли”.
“Хорошо. Но это будет единственная попытка на сегодня! Первый раз может не получиться, не так ли, моа?”