– Дружков своих спасаешь? – язвительно ухмыльнулся Юстин, и его колкость попала в цель – многие нахмурились.
Но Карен перевёл на него твёрдый взгляд:
– Нет. Всем гонцам придётся добираться до летунов в одиночестве или с теми гонцами, которые застрянут на полпути. Поэтому назад идут только те, кто остался не подвержен магии оборотней в пещерах. Если вдруг Шота, Тео и Вито... не смогут, значит, придётся приказ выполнять другим. В случае моей гибели или тяжёлого ранения вы переходите под начало любого старшего, оказавшегося рядом с вами. По данному вопросу всем всё понятно?
Конфликт был погашен, а от намёка на то, что всех поджидает смертельная опасность, многие заметно поёжились.
– После сигнала две минуты на сбор, и начинаем спуск вместе с пятым отузом. Каждое продвижение вниз, запомните, должно быть не дальше тридцати футов[1]. Придерживаемся этого расстояния между отузами. Между собой – десять футов, если позволяет спуск.
Академисты разошлись. Карен, будто намёк Юстина его уязвил, коротко кивнул друзьям, пожелал удачи и, сославшись на то, что ему нужно кое с кем поговорить, удалился к пятому отузу, с которым шестой должен был одновременно спускаться.
– Эх, зря я надеялся, что наконец-то этот проклятый ветер не будет превращать мои сопли в сосульки, замучился их отламывать, – сказал смущённо Шота, когда друзья уселись спиной друг к другу, чтобы проверить в последний раз крепления на стрелах и сбить обледенелости с оружия, если таковые появились. Здесь, на гребне гор на пару с небольшой метелью гулял пронизывающий ветер, чьё направление несложно было установить – дул он стороны Алатерры, будто сопротивлялся вторжению, как и страна оборотней.
Вито ухмыльнулся, воздевая кинжал:
– Ничего, зато я напоследок обязательно оставлю здесь свой след.
– Жёлтый? – пошутил Тео, – смотри, не останься без оружия. Глядишь, отвалится от такого ветра-то.
– Почему бы и не жёлтый? – Вито поддержал шутку, – это, конечно, не вершина мира, но вряд ли я когда-нибудь ещё взберусь на эту проклятую гору.
– Хочешь остаться в Алатерре? Уже и домик себе присмотрел?
– Это вряд ли. Помнишь, летун сказал, что наши начали пробивать тоннель через горы и при том дело продвигается успешно, уже один перевал пробили? Дело это, конечно, хлопотное, и я не уверен, что они успеют к концу этого года, но надеюсь, что четвёртый сай будут набирать тоже месяца три-четыре. А посему вернёмся мы в Алатерру, когда та будет очищена от всех оборотней, – Вито натянул меховую шапку посильнее на уши, перевязал узел на завязках, чтобы в важный момент не потерять головной убор. – Надо бы спросить разрешение спуститься хотя бы на шесть-десять футов, чтобы спрятаться от снега и ветра.
– Ненавижу спуски! Ненавижу горы! – буркнул полноватый Шота, отчасти радующийся возможности избежать страшного и одновременно боящийся одиночного спуска назад с поручением.
Почему Карен выбрал его первым, было ясно, как Глаз Алатуса: бесконечные насмешки в Академии насчёт физической формы уязвляли там, и Шота боялся оказаться обузой во время боя. А теперь, вроде, нашёлся отличный повод опровергнуть всё сказанное шутниками: да, в бое Шота не участвует, но спускаться одному, вязать страховку... И почему нельзя отправлять не через три, а через четыре часа, но разу двоих? Двоим-то сподручнее.
Тео крякнул, поднимаясь, вручил свой шест задумчивому Шоте:
– Пойду узнаю имена гонцов, чтобы сюрпризов потом не было, и спрошу разрешение укрыться от ветра после спуска последнего отуза.
Но ему не удалось выполнить задуманное – через несколько мгновений от отряда к отряду понёсся тонкий свист. Академисты начали спуск.