Светлана почувствовала, как ее сердце со свистом ухнуло куда-то вниз.
Что ж, личность таинственной Леры она установила. Вот только догадка, которая родилась в ее голове — не нравилась. Совершенно.
— Ты чего орешь, придурок? — с презрением обратился Руслан к Кириллу, который, похоже, чувствовал себя не в своей тарелке в этом коридоре. — Зачем ребенка испугал?
— Да это она меня напугала! — возмущенно взмахнул руками Кирилл, отчего Лера опять захныкала. — Укусила за ногу, — обиженно пожаловался он.
Светлана ощутила нечто, похожее на брезгливость к своему соседу. И этот мужчина казался ей неплохим?! Который кричит на ребенка из-за укуса?!
Руслан прищурился и пристально посмотрел на мужчину.
Света уже достаточно неплохо знала его, чтобы понять — он злится. Сильно злится.
Явно назревал конфликт. И девочка, будто тоже ощущала это, опять начала надрывно плакать.
— Ах, ты ж! — Руслан сдавленно пробормотал что-то сквозь зубы, и погладил малышку по спине, пытаясь ее успокоить, а сам все еще смотрел на Кирилла. — Свободен, — холодно и отрывисто бросил он, кивком головы добавив веса своему приказу.
И это единственное слово прозвучало так, что Кирилл дернулся, словно Руслан его ударил. Но все равно, открыл рот, собравшись что-то гневно высказать, это читалось в том, как скривилось лицо Светыного соседа.
Малышка продолжала хныкать, не поддаваясь стараниям Руса ее успокоить.
Атмосфера враз сделалась не просто напряженной, а искрящей тестостероном и угрозой.
Решив, что именно такая ощутимая угроза и является причиной нервозности малышки, вкупе с тем, что она в самом деле испугалась резких движений и крика Кирилла, Света не задумываясь шагнула к Руслану и требовательно обхватила девочку, забирая ее из его рук.
Он удивленно посмотрел на нее, но без всяких возражений позволил взять Леру и, уже ничем не связанный, встал лицом к лицу с Кириллом.
— Если ты не понял — убирайся, — отчеканил Руслан, сжав пальцы.
— Но Света… — Кирил махнул рукой в ее сторону.
А она отвернулась, потому что не считала себя имеющей к нему отношение, и тихо укачивала девочку, напевая ей на ухо песенку, которую часто пела Машке и Роме, когда нянчилась с младшими. И так же, как в случае ее брата и сестры — песенка мамонтенка о его потерявшейся маме работала безотказно. Лера тут же забыла о печали, и пусть слезы еще поблескивали на щечках, малышка с любопытством слушала Свету, засунув кулачок в рот.
Руслан резко втянул в себя воздух.
— Света — не твоя забота, — почти пророкотал он, нависнув над Кириллом, явно струхнувшим от такого напора. — Уходи, пока окончательно мне ребенка не перепугал.
Очевидно, что-то в лице Руса, которого ей видно не было, убедило ее соседа. И тот, даже не попрощавшись, быстро развернулся и заспешил по коридору к выходу.
Постояв еще несколько секунд, глядя ему вслед, наверное, успокаиваясь, Руслан все же обернулся к ним и уже с улыбкой, хоть и натянутой, подошел ближе.
— Клоун, — видно, вместо того, чтобы сказать что-то покрепче, прокомментировал он Кирилла. — Где ты его выкопала? — поинтересовался Русик.
Света пожала плечами, продолжив петь малышке, она покачивала ту, пританцовывая на месте.
— Он и правда мой сосед, — напевом вставила она пояснения в песенку. — Да, моя хорошая? — подмигнула Света Лере, пощекотав румяную щечку, от чего девочка хихикнула. — А если этот наглый и самоуверенный Руслан сейчас скажет, что ты его дочка — я его ударю, как думаешь, маленькая, это будет честно? — вперившись в Руслана глазами, так же непринужденно пропела она.
Лера довольно залопотала.
А вот Русик, пару мгновений удивленно посмотрев на них, вдруг расплылся в широкой улыбке.
— Мне кажется, что я слышу собственнические и ревнивые ноты в этой песне, как думаешь, принцесса? — вздернув бровь, довольно протянул он и погладил уже совсем успокоившуюся Леру по голове.
Девчушка тут же потянулась к Руслану и завертелась в руках Светы, явно показывая, что хочет поменять дислокацию.
Русик без вопросов подхватил ее. А Света не препятствовала, только раздраженно хмыкнула и скрестила руки на груди.
— А ты неплохо управляешься с детьми, — подмигнул Руслан, так и не ответив на вопрос Светы.