— Да, я и правда немного испугалась, — с улыбкой призналась Света, наливая в высокий стакан минералку из холодильника. Они всегда хорошо ладили с Писаренко, и Света считала, что ей повезло с начальником, пока работала в его команде. Да и отец неплохо его знал. Потому и сейчас она не испытывала неловкости или смущения. — Хотя, конечно, гораздо больше перенервничал Руслан, — нахмурившись, призналась она. — Сами понимаете, — Светлана поставила перед гостем стакан с водой.
— Да, — Писаренко кивнул. — Наверняка, это разбудило давние воспоминания, — проговорил он, и отпил воды. — Ну как тебе работается на другом месте? — вдруг спросил ее бывший босс. — Все-таки, достаточно кардинально изменился профиль, — Николай Алексеевич подмигнул Свете.
Она пожала плечами.
— Это гораздо приятнее и проще, чем сглаживать острые углы между мэрами городков и сел, и пытаться придумать, как закрыть дырку в бюджете региона, чем мы занимались под вашим руководством, — честно призналась она со смешком. — Иногда, конечно, бывают, накладки. Но в какой работе их нет, — Света отмахнулась.
Писаренко понимающе кивнул и отпил еще воды.
— А с Русланом вы давно познакомились? — поинтересовался он. — Парень — молодец, — Николай Алексеевич подмигнул, — был бы я лет на двадцать моложе, и сам бы поухаживал за тобой.
Светлана рассмеялась.
— Да, нет, мы не так и давно познакомились, — призналась она. — Да и завязались наши отношения из-за одной такой накладки, как я только что говорила, — она почему-то не захотела вдаваться в подробности.
— А, да, Рус клубом с парнями владеет, — понимающе кивнул Николай Алексеевич, — им же алкоголь нужен.
— Да, — Света решила и себе налить воды.
Но едва она встала, входная дверь, которую Светлана наверное до конца не прикрыла, открылась и на пороге с некоторым недоуменным выражением из-за данного факта, появился Руслан.
Она тут же, забыв про воду, пошла к нему.
— Свет, — еще не осматриваясь, позвал Руслан ее. — А почему двери открыты? Тебе не плохо? — Руслан обеспокоенно перевел глаза, осматривая комнату и улыбнулся, увидев, что и она улыбается, уже спеша ему навстречу. — Выспалась? — подколол Рус ее, усмехнувшись уголками губ.
Но до того, как Светлана успела ответить, он перевел глаза дальше, и наконец-то увидел Писаренко.
Она чуть не споткнулась, увидев, как потемнел взгляд Руслана.
Оглянулась, не поняв, в чем дело. Николай Алексеевич с приветливой улыбкой поднялся со своего стула.
— Руслан? — Света опять посмотрела на него. — Тут твой дядя пришел, — зачем-то объяснила она. — А я никак не могла вспомнить, откуда знаю Виталия. А сама же два года с Николаем Алексеевичем в обл. администрации проработала, — Света поняла, что несмотря на ее попытку улыбнуться, губы сводит странной судорогой.
Что-то здесь было не так.
Глаза Руслана смотрели на Писаренко не так, как любящий, да и не очень в общем-то, племянник, обычно смотрит на дядю. Тем более, такого дядю. И он все еще не сказал ни слова, только в упор смотрел ей за спину. А мышцы его лица, да и все тело Руслана, словно бы напряженно замерло и подобралось.
— Руслан? — переспросила она, не дождавшись ответа.
Он посмотрел на нее.
И вдруг стремительно шагнул, впритык приблизившись к Свете и с силой обнял ее, прижав к себе. Так, что даже немного больно стало на талии, куда Руслан тяжело положил свою ладонь, сжав пальцы.
— Да, я вижу, — он улыбнулся, только вот глаза, которые смотрели вновь на Писаренко, оставались такими же темными и глубокими. Но Руслан спокойно кивнул, приветствуя Николая Алексеевича. — Я не сомневался, что ты быстро отреагируешь на такой поступок Виталия, дядя, — ей показалось, что он сделал странное ударение на последнем слове.
— Да, нехорошо вышло, — серьезно признал Писаренко. — Я уже извинился перед Светой, — он махнул рукой в ее сторону. — И заверил, что все будет отремонтировано в самые краткие сроки, — проговорил Николай Алексеевич. — Но и у тебя я хочу попросить прощения за своего помощника, из-за того, что так вышло.
Руслан и Писаренко на какое-то мгновение напряженно замолчали, глядя друг на друга в упор. И все это время Рус настолько же крепко обнимал ее.
А Света чувствовала себя так, словно вдруг оказалась в чужой стране, где все говорили на языке, которого она не знала. Здесь явно происходило что-то больше того, чем она видела. И Светлана просто не знала, что сказать или сделать, чтобы немного ослабить то давящее ощущение, которое едва ли не физически уплотнило воздух в квартире.