– Илана Вадимовна, хотите? – спросила она у нее.
– Нет спасибо, я не пью.
Мы с классухой продолжали стоять по стойке смирно.
Наконец бабуля Дрюши обернулась.
– Чего стоите, девочки? – спросила она, удивленно вскинув бровь. – Садитесь и располагайтесь.
Мы с Иланой Вадимовной присели на кожаный диван черного цвета.
Королева же подошла к креслу из этого гарнитура, стоящему напротив него, и присела, положив ногу на ногу, и покачивала сверху лежащей, в одном ей ведомом такте.
Пригубила из рюмки. И удивила нас!
Скинула туфли на большой шпильке со стоном:
– Какой же кайф! – прикрыла глаза от облегчения и удовольствия. – Ненавижу каблуки!
– А чего тогда носите? – спросила я.
– Дресс-код, девочка, будь он не ладен! – осушила рюмку до дна. И поставила на рядом стоящий журнальный столик. – Мария, что-то мне лицо твое знакомо. Где мы могли раньше встречаться? – прищурившись, спросила она, прижимая указательный палец к губам.
– Понятия не имею, – ответила ей. – Мы только несколько дней назад вернулись из Англии.
– Напомни-ка, радость моя, свою фамилию…
А я и не помнила, чтобы ее называла.
– Звонарёва.
– Точно! – бабуля щелкнула пальцами. – Маму твою зовут Полиной?
Я согласно кивнула.
– Хорошие исторические романы пишет. Люблю их страсть как! – она, по-видимому, мечтательно прикрыла глаза. – Особенно «В объятиях ночи». Какой там маркиз! Ну, вылитый мой Ильюша в двадцать пять лет.
Вот это новость! Бабуля Дрюши зачитывается мамиными романами. Королева и исторические романы? Как по мне, так совершенно несовместимые вещи.
– Ты можешь меня со своей мамой познакомить, Мария? – радостно спросила Нина Васильевна.
– Да без проблем, госпожа Короле… – и тут я прикусила язык.
– Королева, говоришь? – задумчиво усмехнулась. – Пожалуй, мне нравится.
– Ну, а что насчет вас, Илана Вадимовна? Как вам мой сын? И кто вам все-таки, признайтесь честно, глаз-то подбил: мой сын или внук? С них станется!
Учительница встрепенулась, но ответила:
– Этот напыщенный индю… – но быстро оборвала себя на полуслове. – Денис Ильич, то есть, очень своеобразный человек, – потупившись, закончила она. – А насчет глаза, то это просто несчастный случай. Потасовку пыталась одну разнять.
– Индюк, говорите? – и снова этот задумчивый взгляд. – Ваша правда, на него находит иногда.
Бабуля встала, со словами:
– Сейчас, я вам девочки что-то покажу, – Нина Васильевна подошла к старинной, из массивного цельного дерева красной породы, стенке и открыла секретер, подмигнула и достала два увесистых альбома. – Очень надеюсь на то, что вы никуда не спишите.
Мы с Иланой Вадимовной синхронно покачали головой. И в унисон ответили:
– Нет, никуда не спешим.
– Вот и отлично, а там Ильюша придет, и мы вместе поужинаем, – и она захлопнула дверцу секретера.
Прошлепала босыми ногами по тщательно отполированному паркету. Подошла к нам. Села между нами. И потом, не поверите, забралась на диван с ногами – поджав их под себя.
«Ничего себе, бабуля!» – подумала я, искренне удивляясь ей.
Глава 13. ИЛАНА
Еще сидя в машине, рядом с отцом Андрея, я ощущала какой-то животный сексуальный магнетизм, исходивший от него. Ни разу в жизни у меня еще не кружилась голова, и во рту не пересыхало от находившего рядом мужчины. Я всегда могла контролировать ситуацию. А тут моя ладонь, которую Девиль крепко держал в руке, ведя за собой, горела огнем, словно ее опустили в кипящее масло.
И стоя в гостиной его большого и красивого дома, видя как он достает аптечку и что-то ищет в ней, у меня буквально подкашивались ноги. Я готова была рухнуть на пол.
Я старалась отвлечься от горячих мыслей, изучая обстановку гостиной.
Видно было, что гостиная — это центр дома, место, где собирается вся семья. Дизайн этой комнаты был особенно уютным и спокойным.