Глава 30. ДЕНИС
Я заранее знал, что класс поедет в Недельку. Все-таки Калерия тетя моей сестры. Но по ее просьбе я все держал в секрете.
Честно говоря, у меня и мысли не было ехать к ним. Тем более, предстояла поездка в Китай на новый фестиваль моды с коллекцией детской одежды для новорожденных, которыми руководил Иван Русаков. К слову, год назад ставшим отцом замечательных двойняшек. Вот и настиг его, что называется, творческий прорыв. Слава богу, ушел от темы извечно розового цвета для девочек.
Однако Ангел все еще не выходила из моей головы. Мне уже хотелось поскорее почувствовать сладость ее тела… упругость ее груди под моими ладонями. И, наконец-то, удовлетворить мое любопытство – кого же цвета ее соски: розовые или коричневые? Настолько ли упругая и в тоже время, мягкая кожа тела?..
Призадумался: я почти шесть лет не отдыхал. Отпусков не было и в помине, не считая пару-тройку выходных в загородном доме. Поэтому вызвав Русакова, поручил ему всю предстоящую подготовку к поездке в Китай, и если понадоблюсь, то можно и по телефону решить все вопросы.
– Ваня, – я посмотрел ему в глаза, вертя в руках остывший стакан с кофе из Макдака. – Если справишься с поставленной задачей, то в Китай поедешь ты, как официальный представитель «Silhoutte»* (Силуэт).
– Сделаю все в лучшем виде, шеф, – пообещал мне Иван.
Я лишь кивнул, отворачиваясь к окну.
Идею отравить класс на трудовую вахту тоже я подкинул Калерии, когда она заявила, что ее терпение на грани. И что даже ее хорошее отношение ко мне не поможет прикрыть выходки Андрея.
Мой сын знаком с Ладой и даже пару раз гостил в Шамордино, когда был маленьким. Но вот в Недельке не был ни разу.
По дороге к сестре купил подарков для ее семьи и вкусного для всего класса.
За полтора часа добрался до нужного мне места. Припарковался возле простого и вместе с тем шикарного дома. Лада никогда не любила вычурный стиль. И на все уговоры Елисея перебраться в город поближе к его агрохолдингу отвечала отказом. Я только диву давался, как такой несгибаемый, здоровый мужик прогибается под приказами и капризами этой хрупкой блондинки?
Посмотрел на часы. До приезда гимназистов оставалось еще, как минимум минут тридцать.
Поэтому я решительно вошел во двор дома через калитку, которая всегда была гостеприимно распахнута.
Лада сидела на деревянных ступенях и мыла картофель в ведре, который брала из эмалированного таза. Тут же заворачивая его в нарезанную на квадратики фольгу.
– Ты когда-нибудь отдыхаешь? – спросил я, делая шаг ей навстречу.
Сестра подняла глаза, радостно улыбнулась и неуклюже поднялась, придерживая поясницу правой рукой.
– Благодаря тебе, братец, отдых мне точно теперь обеспечен, – улыбнулась она.
Подошла ко мне ближе и насколько позволил живот, обняла и поцеловала в щеку. Затем отступила на шаг и произнесла:
– Ты как раз во время. Надо лавки перенести из большого сарая в сад. Поможешь?
– Конечно, – ответил я, выходя обратно за калитку и открывая багажник, чтобы достать дорожную спортивную сумку. – Только переоденусь. И сделаю все, что ты скажешь.
– Отлично! А я пока картошку закину печься и овощи нарежу. Для работничков, – хохотнула она. – Ты уверен, что тетушка Калли строго-настрого запретила использовать картофелекопалку? – спросила меня Лада.
– Сто процентов! – теперь уже я смеялся в голос, возвращаясь обратно. – Сказала, чтобы ребята работали лопатой, хотя бы первые три дня. Кстати, как разместишь шестнадцать учеников?
– Это она может! – ответила она на мой первый вопрос, возвращаясь к мытью картошки. – Решила им экзотику устроить, – подмигнула она. – Девочек поселю на чердаке в доме. А ребятам Елисей уже постелил на сеновале над амбаром. А учительнице выделила сиреневую спальню. Твоя комната – желтая.
– Хорошая идея, – согласился с ней.
И стал подниматься по ступеням в дом. В доме вкусно пахло специями и маринованными овощами. Увидел, что на большой шестикомфорочной плите стояли две огромные кастрюли и в них варился компот. В доме было три комнаты и большая гостиная.
В гостиной на всех трех окошках в разноцветных ярках горшках стояли цветы. Кажется, герань они называются. Большой угловой серый диван у стены. Напротив большая плазменная панель телевизора. Прямоугольный стол. И стенка-горка. Пол устилали домотканые круглые половики.