«А может и вообще не стоит её отпускать?» — в очередной раз тихо прошептало подсознание. «Подумай, наконец, об этом спокойно и взвешенно, без страхов, которые не дают трезво оценить происходящее… Взгляни на свою жизнь до отношений с Виви, и сейчас… Это стоит большего, чем квартира, машина, внушительная сумма денег на счету, чтобы она не боялась смотреть в будущее. Упустишь её и утратишь слишком многое, что не купишь ни за какие деньги».
Такие мысли всё чаще появлялись в его голове и заставляли нервничать. И ему пришлось морально помучиться, пока он не дал сам себе ответов на вопросы, которые беспокоили. «Да, я многое потеряю, если отпущу её. И я это понимаю. Но я понимаю и другое — Виви не из тех, кто удовлетворится малым. Ей нужно давать или всё, или однажды отпускать. А всё — это семья и дети, и верность только ей одной. Но я не уверен, что способен на такое и мне самому это необходимо. Поступать же, как большинство моих знакомых, которые женятся, обзаводятся детьми, а потом и любовницами на стороне, я не хочу. Это будет унижать Вив в моих же глазах. Будет неправильно так поступать с ней… Только не с ней. Она заслуживает только честного отношения. Она сама честна со мной и ничего не требует, и я обязан поступать с ней так же и никак по-другому», — в который раз сказал он себе, когда они прошли регистрацию и сели в самолёт. «Не думаю, что я способен быть верным одной женщине. Что могу дать что-то нужное и полезное ребёнку, который может родиться, если Виви будет рядом. И что вообще смогу сделать кого-то счастливым. Слишком много дерьма в моей душе и я скорее окуну в него Виви, чем сам смогу вылезти из него и стать кем-то лучшим», — с горечью признал он.
— Яр, ты чего? — отвлекая от мыслей, мягко спросила Виви, взяв его за ладонь и слегка пожав её.
Лицо у него сейчас было мрачное и напряжённое, и это насторожило женщину. «Он часто в последнее время такой… После нашей ссоры. И я уже сотню раз пожалела, что высказала тогда всё», — подумала она, в очередной ругая себя за несдержанность в тот момент.
«С ним что-то происходит… Но как узнать об этом аккуратно, не давя на него, я не знаю», — она вздохнула и заёрзала на кресле, всё больше переживая, что не может помочь ему.
— Ничего, — сухо ответил он, а чтобы отвлечь Виви и самому переключиться на более приятные мысли, вкрадчиво спросил: — Почему ёрзаем в кресле? Попка стала болеть?
— Шшшш! — Виви выразительно посмотрела на него, а потом вокруг, боясь, что кто-нибудь их услышит и еле слышно прошептала: — Не болит. Просто устраиваюсь поудобнее.
— Поудобнее? — Яров улыбнулся, вспоминая, как вчера вечером он опять добрался до её попки, и в голове уже возникли планы на будущее. — А знаешь, следующий раз я разрешу тебе самой поудобнее устроиться на моём члене и поёрзать на нём.
— Боже, да замолчи ты уже! — прошипела она и, закатив глаза, недовольно фыркнула.
Что только вызвало улыбку у мужчины. «Сладенькая моя, недовольна сейчас. А вчера всё было наоборот», — внутри всё приятно сжалось, когда он вспомнил вечер. «И я, наконец-то, получил кайф по-полной, потому что готовя Вив и сам кончил дважды, и это дало мне возможность насладиться ею не спеша и по-настоящему медленно, прочувствовав каждое движение», — он задышал чуть глубже, воскрешая в памяти свои ощущения и то, как крепко прижимал её к себе, как она дрожала от наслаждения в его объятиях и как постанывала от удовольствия, отдаваясь ему без остатка. «Вот честно, даже уже не знаю, что мне больше нравится — трахать Виви всеми возможными способами или то, как она реагирует, когда я в ней… Бля, и то, и другое так заводит… Настолько чувственных женщин я ещё не встречал… Или просто не обращал внимания на их ощущения в процессе?» — он задумался.
«Когда трахал баб за деньги, всё, на чём был сосредоточен — заставить побыстрее их кончить, чтобы, так сказать, отмучиться и самому. И поэтому всегда действовал чётко и быстро, зная, как разогреть и довести до оргазма. С девицами из клуба — я был уже сосредоточен только на своих ощущениях и желаниях. Их оргазмы и эмоции меня мало волновали… Но с Вив мне важно всё — и моё удовольствие, и её. Вероятно, поэтому я стал обращать внимание на её поведение в постели», — решил он.
«И? Тебе этот вывод о чём-нибудь говорит?» — некстати раздалось из подсознания. «Ты боишься, что не сможешь хранить ей верность. Но разве хочешь ты кого-нибудь так же, как её? Ты спишь с ней одной уже две недели, что само по себе для тебя рекорд. Ты ведь сам желаешь этого. И как эти две недели прошли? Она тебе надоела? Или наоборот — ты каждый раз находишь что-то волнующее в сексе, что заставляет испытывать нереальный кайф?.. Думай, Яр, над всем этим. Не совершай ошибок».