Мы сражаемся уже минут десять или даже пятнадцать. И может, физически мы еще можем держаться, но вот мозг начал заметно уставать, не привык он к подобному, все же раньше, как минимум у меня, настолько долгих непрерывных боев не было. Понятно, что в локации торчал и сутками, но не сражался же все это время непрерывно, да еще и так ожесточенно! Даже ночь в городке со скелетами была как-то попроще, во всяком случае, сейчас кажется так. И, судя по действиям остальных, не один я начинаю сдавать, они тоже устают.
— Нужно что-то делать, — говорю напарникам, распоров горло очередному врагу и сразу же всадив огненный шар в морду другого. Шар был обычный и откровенно слабенький, так что монстр лишь замешкался, особого урона не получив. Но мне это и не нужно было, лишь выиграть немного времени. Обычный рывок к нему, удар клинком, и он рухнул на траву, заливая ее своей кровью.
— Что? — спросил у меня хил, пытаясь одновременно отбиваться шестом и лечить нашего танка. И как ни удивительно, у него это вполне получается. Хотя танк выглядит устрашающе — весь залитый как своей, так и чужой кровью и покрытый свежими шрамами. Брони у него никакой нет, и достается ему сильно. Мы все тут неплохо уже потрепаны, у меня от одежды остались лишь лохмотья, все исполосовано когтями врагов.
— Пробиваемся к остальным людям. Нет смысла продолжать торчать здесь. Или кто-то знает, какая вокруг обстановка?
— Не знаем, — произнес танк, врезав со всего размаха щитом по попытавшемуся достать его ударом лапы врагу и вбив его в землю.
Хил лишь согласно угукнул, не отвлекаясь от процесса лечения.
— Но есть идея, как это выяснить, — продолжил говорить танк, не забывая разделываться с лезущими к нему противниками.
И не зря он назвался танком. Помимо того, что он явно выносливее и живучее меня, это уже очевидно и не вызывает ни малейших сомнений, у него есть какие-то умения, приковывающие внимание врагов к нему. Не часто, но он ими пользовался, когда, к примеру, на хила слишком сильно наседали и было понятно, что его нужно выручать.
— Какая? — спрашиваю, рывком уйдя от нескольких одновременных атак с разных сторон и промчавшись прямо сквозь обезьяноволка. И проделанное мной явно его озадачило, он так и замер, растерянно смотря перед собой и пытаясь понять, что только что произошло.
— Я подкину тебя, а ты осмотрись.
И это его идея? Впрочем, не такая уж плохая. У меня лучше точно ничего нет.
— Давай, — согласно киваю ему.
Короткий разбег, он подставил свой щит в качестве трамплина, заскакиваю на него, толчок щитом, подбрасывающий меня, и сразу же рывок еще выше. В самый последний момент я решил доработать немного этот план. Мгновение, оказываюсь на высоте метров пяти, не меньше.
И то, что я увидел, знатно озадачило. Во-первых, люди в порядке. Несмотря на творящееся у нас здесь безумие, там все вроде бы живы. К ним тоже уже рванули монстры, причем, кажется, такие же, как и у нас здесь, но их намного меньше, и игроки успевают всех перехватывать. Хотя и видно, что им приходится нелегко, защищаемая площадь немаленькая. Это хорошая новость.
И во-вторых, по непонятной для меня причине вся та орава непонятного зверья, с которой мы столкнулись, совсем не спешит бежать куда-то дальше и упорно кружит вокруг нас. И вот эта новость непонятная. С одной стороны, хорошо, они не бегут к людям, которые до сих пор не пришли в себя. Но с другой, нам еще биться с ними и биться, закончатся они явно не скоро.
Успев аж два раза бросить взгляд по сторонам, однако больше ничего нового не заметив, возвращаюсь обратно на землю. Приземление вышло мягким, ведь я рухнул прямо на врага, совсем не ожидавшего, что кто-то может упасть на него сверху, и он неплохо так смягчил мое падение. Разве что я оказался слегка в стороне от своих, недалеко, но все же немного попыхтеть, пока пробьюсь к ним, придется.
— Что там? — спросил танк, когда я вернулся обратно к нему, прикончив по пути не меньше десятка противников и еще сколько-то ранив.
Вкратце описываю увиденное.
— Значит, можем никуда не рваться, продолжаем сражаться здесь. Нельзя, чтобы вся эта куча переключилась на остальных.
Пусть мне хочется совсем другого, но он прав, и я согласно кивнул ему. И мы продолжили изображать живую мясорубку, оставляющую после себя землю, залитую кровью и заваленную телами, иногда даже частями тел. И потянулись минуты утомительного сражения, разве что теперь была небольшая надежда на лучшее и нам нужно было всего лишь не помереть.
Еще сколько-то минут, не раз мы были на волосок от смерти, но в конце концов все же перемололи всю эту кучу врагов. Это было крайне непросто, но мы, кажется, справились. Добив последних монстров, остановились и растерянно оглянулись по сторонам, не веря, что они закончились.