Лес приближался. Я уже мог различить отдельные деревья, обступившие дорогу, будто молчаливые стражи, когда тримобиль лихо подскочил на очередной колдобине. Машина с грохотом приземлилась на все три колеса, а мне оставалось лишь с любопытством разглядывать ручку управления, которая после этого раллийного маневра осталась в моей руке. Вид неожиданно развалившегося рулевого механизма вызвал у меня кратковременный ступор, и потому в первые секунды я даже не подумал убрать ногу с педали газа. Лишенный тормозов неуправляемый болид соскользнул с дорожного полотна, с минуту проскакал кузнечиком по кочкам заснеженной целины, а затем, с треском теряя элементы конструкции, влепился в ствол ближайшего кряжистого дерева. Повинуясь неумолимой силе инерции, я полетел вперед, перевернулся через голову и приземлился в высоком сугробе, зарывшись в него по самую макушку. Рядом плюхнулся совершивший аналогичную фигуру высшего пилотажа мешок с нашими пожитками.
То, что в Краймаре зимы, по обыкновению, не только долгие, но и очень снежные, оказалось чистым везением. Не будь вокруг места нашей непредвиденной остановки снежных наносов, я бы точно сломал себе шею. Лора и вовсе отделалась легким испугом: в последний момент она успела ухватиться за борт нашей повозки и потому избежала падения. Ничуть не пострадал и мартыш – оказавшиеся необычайно крепкими плетеные стенки корзины уберегли его от травм. А вот нашему транспортному средству досталось больше всего: передок смялся и изогнулся немыслимой дугой, переднее колесо отломилось и укатилось в лес, заднее, и без того державшееся только на честном слове, наконец-то обрело свободу и отправилось в самостоятельное путешествие по окрестным канавам. Затихший двигатель слабо дымился, чуть слышно потрескивая. Из рваного отверстия на месте отвалившейся трубы летели искры. Вокруг бренных останков тримобиля на белоснежном снегу виднелись неопрятные пятна густой черной сажи.
– Похоже, приехали, – оценив открывшуюся моему взору картину, покачал головой я.
– Не машина и была, – откликнулась Лора, – хотя водила из тебя, Ударник, так себе. Если по возвращении на Землю надумаешь купить автомобиль, предупреди меня заранее, я постараюсь эвакуироваться на другую планету.
– Главное, все живы, – заметил я, – все могло закончиться гораздо хуже.
– Конечно, могло. Если бы ты, например, решил приобрести вместо этого драндулета аэроплан.
Торбы с поклажей пришлось вешать на манер рюкзаков на спину, под узкие тесемки я подложил несколько обнаруженных среди вещей тряпок, чтобы не натереть плечи. Самый простой туристический рюкзак был бы на порядок удобнее, но за неимением такового пришлось довольствоваться тем, что есть. Корзина с мартышом нашла свое место на самом верху получившейся конструкции. Идти нам предстояло, по моим прикидкам, не менее шести часов, да и то если не делать по пути остановки. А преодолеть намеченное расстояние вовсе без привалов, думаю, не получится – усталость свалит нас с ног гораздо раньше, чем мы достигнем цели.
Зимний лес завораживал своей красотой. На ветвях подступивших к дороге деревьев блестел снег, и в его белых шапках искрилось клонящееся к западу солнце. Сам проселок был также припорошен свежим снежком, на котором совершенно не проглядывались следы пешеходов или колес. Места здесь начинались необитаемые и дикие, путники забредали сюда крайне редко. Севернее географической точки, в которой мы сейчас находились, человеческие поселения отсутствовали, не было там и пограничных застав – только непроходимые горы, тянувшиеся до самого побережья ледяного моря. Суровый, неприютный край. Врата Гигантов – единственное место на многие сотни миль вокруг, где можно соорудить пригодное для жизни обиталище.