— Надеюсь, ты готова? Мы уже сильно опаздываем. Я жду тебя в машине, — и отправилась на парковку.
Сев в чёрную Теслу, Тамара вытащила из кармана электронную сигарету, которую припасла как раз для подобных случаев, когда ярость накрывала её. Несколько раз она затянулась и убрала ее обратно. Вредно, да. Но в любом случае лучше, чем срываться на тринадцатилетнего подростка. Тем более проблем со здоровьем у Тамары давно не было. Сердечный ритм уже как пять лет не срывался. Миокардит больше не проявлял себя.
Танюша в огромной дутой куртке цвета шартрез с большим рюкзаком такого же цвета села в машину и заняла собой всё пространство. Тамара вздохнула и подвинулась.
— Почему тебя сегодня не было в школе? Мне написала классная. У тебя проблемы по всем гуманитарным предметам. А по литературе Земли и истории Солнечной системы могут вообще не аттестовать. До конца первой четверти осталась неделя. Когда ты собираешься всё исправлять? — спокойно начала старшая принцесса.
— Ой, я проснулась и почувствовала жуткие боли в животе, поэтому решила остаться дома, — пожала плечами девочка.
— Ты обращалась к Мэйсону? Он выяснил природу болей? — Тамара уже достала телефон, собираясь набирать дворцовому врачу.
— Да зачем? Не надо. Всё уже прошло. Видимо, я перенервничала, — отмахнулась Таня.
— Либо наелась какой-то гадости, коробками из-под которой завалена твоя комната, — процедила мама.
— Ничего это гадость! Ты же не пробовала даже, а утверждаешь! Ваше правильное питание у меня уже поперёк горла стоит, — возмутилась младшая принцесса.
Тесла плавно парила над асфальтом по мокрым улицам Столицы, постепенно покидая новомодные кварталы, расположенные в центре, с рекламными 3D-проекциями и толпами туристов. Ней с Сераджем жили за городом в красивом современном особняке в живописном районе Денесси. Но даже меланхоличные сосны и золотые клёны, скидывающие свои паруса-листья за окном, не успокаивали Миссис Джокерс. Ей было с каждым днём все сложнее и сложнее общаться с дочерью. Она — одна из немногих, с кем Тамаре не удавалось найти общий язык, как бы странно это ни звучало.
— Ясно. А что с учёбой? Мы неоднократно предлагали тебе лучших репетиторов с Либерти и Земли, но ты каждый раз уверяла нас, что справишься сама. Результата — ноль, — устало произнесла Тамара.
— Мамусь, у меня всё отлично. Это учителя ко мне придираются, так как я — принцесса! Они считаю, что я должна знать все лучше всех. Кто сказал такую глупость?!
— Да? Ответь тогда, когда началась Вторая мировая война? Кто автор романа «Война и мир»? — и Миссис Джокерс испытывающе посмотрела на дочь.
— Мы это ещё не проходили. И что у тебя все вопросы про войну? Можно про что-то попроще и миролюбивее спросить. Хотя это не про тебя, — фыркнула Таня.
Тамара терпеливо проглотила последнюю фразу, а сама продолжила:
— Это стыдно не знать. Тем более тебе. Вторая Мировая Война началась 1 сентября 1939 года, когда фашистская Германия напала на Польшу. А «Войну и мир» написал Лев Толстой. Один из величайших русских писателей. Тебе полезно будет почитать.
— Мам, это такая древность! Кто сейчас это помнит? И кому это нужно? Я вообще не понимаю, для чего мы это учим. Лишняя трата времени, — проныла маленькая принцесса, протяжно растягивая слова.
Тамара задумчиво и расстроено посмотрела в окно. В центральной части Либерти начал лить холодный осенний дождь, который в отличии от весенних свежих майских ливней не смывал грязь, а добавлял, месил её и наполнял воздух смесью умирающей, гниющей зелени и тоски по лету.
— Поколение, не знающее свою историю, обречено совершать одни и те же ошибки, что в итоге может привести к гибели цивилизации. А литература помогает шире взглянуть на этот мир и почувствовать его. Это способ выгулять свою душу, заглянуть в банки данных авторов, где хранятся знания о всех мирах, — потом она перевела взгляд на дочь, закатившую глаза и готовую выслушивать очередное нравоучение матери, а Миссис Джокерс, заворожённо глядя на мутные капли, стекающие по стеклу, продолжила, — Мы с твоим Папой сошлись, в том числе, благодаря русской литературе. Я могла бы стать филологом, если бы любовь к космосу и к твоему Папе не победили. Мы вместе читали поэзию Серебряного века в оригинале, сидя на скамейках летнего лагеря, и он, не понимая ни единого слова из стихотворения Велимира Хлебникова «Заклятие смехом», весело хохотал и пытался выучить хотя бы строчку: