Когда они сели в чёрный электро-минивэн Mercedes-Benz Vision V, прилетевший мужчина присвистнул:
— Ну ты посмотри, сколько пафоса! Сразу видно, что почти император едет!
И верно, внутри машина была оборудована 65-дюймовым дисплеем, сенсорной консольным столиком, кофемашиной, холодильником, а кресла раскладывались, превращаясь в удобный диван. Дорогие материалы отделки, легко бронированный кузов, который мог выдержать прямое попадание средней ракеты. При желании можно было включить режим полной шумоизоляции от охраны, что принц сразу же и сделал.
— Да, ладно тебе прикалываться, — усмехнувшись отмахнулся Грен, — это прихоть моего отца, а так как я не хочу его сейчас лишний раз расстраивать, то согласился. Но удобно же? Чай, кофе или чего покрепче? Виски? Лучший с Фриды.
— Ух! Заманчивое предложение, подкупающее своей исключительностью! Где ещё так пошикуешь! Наливай виски. Ты со мной?
— Нет. Вечером присоединюсь. Ещё три совещания в Доме Правительства, посвященных стройкам. Папа переживает, что магнаты не выполнят до конца свои обещания, — и Грен протянул другу стакан из мятого стекла.
— Как Джонатан? Ему не легче?
Отрицательно покачав головой, Джокерс отхлебнул свой американо:
— В клинике. Мама с ним. Последняя химиотерапия ему тяжело далась.
— Сочувствую. А сестра не родила ещё? Она же вроде как вот-вот.
— Ждём со дня на день, — пожал плечами Грен.
— Понятно, но…, — и тут Дэйв запнулся, — ты же меня пригласил на другую планету не виски выпить?
Принц посмотрел в окно, где уже приближалась Столица, затем на Пауэрса, вздохнул и приподнял стаканчик с кофе:
— Давай помянем наших погибших товарищей. Мы же толком не виделись после всего. Мельком на похоронах.
Дэвид молча выпил. Повисла пауза, которую он сам и нарушил:
— Грен, колись. После твоего тревожного звонка в пять утра со словами «Прилетай. Всё расскажу при встрече» я, честно, чего только не передумал. Понятно, что это связано с «Магелланом». Я до сих пор не верю, что это случилось.
— Тебе показали записи? Какой доступ секретности? — только сейчас Дэйв заметил появившиеся морщинки под глазами принца и измученное выгорание на лице.
— Видел. В курсе, как это произошло. Можем говорить начистоту. Это же и мой корабль. Думаешь, я не вытряс бы из них правду? Я ж теперь в адмиралтействе. Потребовал полного отчёта. Американская дирекция гудела от таких новостей. У красного карлика TOI-700 не было никаких Ррраррри и в помине. Я пригрозил устроить скандал. Чего мне терять? От капитанства отстранили. Выгонят со службы? Пусть. Буду лошадей разводить, — Пауэрс замолчал и выпил ещё немного виски. — Великолепно проведённая боевая операция. Честно, я бы так не смог. Не понимаю, как ей это удалось. Войдёт в учебники по тактике ведения космического боя.
— Вот и скажи ей об этом сам. У меня доводы закончились, — опустив взгляд, Грен продолжил. — По окончании всех докладов, проверок и похоронных визитов Тамара, вернувшись на Либерти, из Дворца больше не выходила. Вне апартаментов её можно увидеть только в зале, где она до изнеможения изводит себя тренировками, а затем снова закрывается в своих комнатах. Ни с кем, кроме меня, особо не общается. Односложно со своим отцом и моим. Сестре звонить не хочет. Говорит, не может ей врать. На звонки, сообщения не отвечает. Я неоднократно предлагал ей пообщаться с психологом, съездить в Китай к Мастеру Чжоу. Бесполезно. Тогда она и со мной перестаёт разговаривать.
— Пьёт? — прямо спросил Пауэрс.
Неоднозначно покачал головой принц, поёжился в кресле и проверил ещё раз режим тишины в салоне пассажиров:
— Ну…не так, конечно, как я когда-то, но каждый день напивается до сильного опьянения, до такой степени, что становится трудно её выносить. К утру она трезвеет, идёт в зал, затем несколько часов зависает на просмотре записи боя, потом читает стихи и вливает в себя алкоголь в звенящей тишине. Иногда читает вслух. И так уже две недели. Я…пытался помочь, разговаривать, поддержать, объяснить, но всё упирается в одну фразу: «Ты не можешь меня понять, так как не ты отдавал приказы». В этом я с ней согласен, но…как-то же можно это пережить. Она же такая мудрая, сильная, со стальным характером, — Грен беспомощно развёл руками. — Я не знаю, что делать. Всё навалилось: папа совсем плохой, вот-вот переложит на меня управление планетой, мама еле держится, Ней скоро родит, эта стройка, годовые бюджеты, налоговая реформа, программа освоения новой планеты…А дома ещё жена в глубокой депрессии, — покрутив в руках стакан, принц налил себе ещё американо. Всю жизнь люди и события крутились вокруг него, стараясь угодить, но теперь ему в одиночку приходится решать проблемы всех, чтобы хоть как-то удержать на плаву семью и планету.